Сделать стартовой     Добавить в избранное
 

Жив ли Шевченко? Рецензии |

Алексей Курилко 

Среди книг с Алексеем Курилко

Жив ли Шевченко?    

 

 

Анатолий Крым Украинская каб(б)ала. - Харьков.: Книжный клуб "КСД” (Клуб Семейного Досуга), 2014. - 332 с.

 

В географии я профан. Как в теории, так и в практике. И в политике не силен. Но в качестве литератора я готов авторитетно, со всей ответственностью заявить, что в отличие от многострадального полуострова Крым, писатель Анатолий Крым - это полноценный, ни от кого не зависящий, до сих пор окончательно не изведанный крупный остров в бескрайнем и бушующем океане художественной словесности. И вот он-то уж точно наш! Наш остров свободы, юмора, сатиры и философии. Всецело наш, хотя следует признать, что остров этот многонациональный, там легко и мирно, дополняя и обогащая друг друга, уживаются русская, украинская и еврейская культуры. Остров Крым - настоящий остров сокровищ, которыми он делится с читателями, упаковывая свой драгоценный дар в книги. Таким образом, "Украинская каб(б)ала” - очередной щедрый подарок из сокровищницы Крыма.

Порезвившись, я вынужден перейти на не свойственный мне серьезный тон, поскольку искренне хочу заразить вас тем восхищением, которое испытал, читая Анатолия Крыма - известного украинского писателя и драматурга (живого классика отечественной литературы). А я всегда восхищаюсь, когда случается читать добротно сделанную вещь. Ведь это такая редкость, если мы говорим о современной литературе. Но не будем о грустном. Поговорим о романе Крыма.

Уже в самом заглавии интрига двойного подтекста: Каббала - еврейское мистическое учение и кабала - неволя, рабство. Возможно, уже самим названием автор намекает, что с неистребимым в нашем обществе, а главное - в нашем сознании рабством можно бороться единственно только с помощью колдовства. Другими словами, наше рабство в нас неискоренимо!

Вполне можно допустить, что именно об этом кричит текст романа. Вернее, и об этом тоже.

Аркадий Белинков справедливо утверждал, что настоящий художник - это человек, которому есть что сказать людям, однако он никогда не говорит прямо и просто, какими-то сухими тезисами. Художник, писал Белинков, приводит впечатляющие примеры, рассказывает увлекательные притчи. И, дескать, вместо простых слов "не хочу в ссылку” он говорит то, что останется в веках, слагает стихи про тучки небесные, вечно странствующие. Цепью, мол, жемчужною мчатся, изгнанники, на чужбину, мол.

Так вот, Крым, дабы честно рассказать нам о многих очень неприятных и даже страшных вещах, написал сатирическую, местами гомеречески смешную, необыкновенную и увлекательную историю.

Это по-настоящему сильно! И невероятно смешно! Но смех, особенно ближе к финалу, какой-то горький... Точнее, гоголевский... А еще точнее, булгаковский! И есть над чем подумать, отсмеявшись, и погрустить...

Чего стоит один только сюжет! Некий Семен Либерман, ученый-еврей, интеллигент-неудачник, с помощью Каббалы воскрешает великого украинского поэта Тараса Шевченко. За Либерманом, чья семья уже уехала на историческую родину, и за его "творением” устанавливается круглосуточное наблюдение со стороны правоохранительных органов. Либерман помогает вернувшемуся классику адаптироваться в новых для него условиях, готовит его к приближающейся юбилейной дате - двухсотлетию со дня рождения Кобзаря, давно ставшего национальным символом Украины. Всех посвященных в тайну чудодейственного клонирования, равно как и читателя, интересует: понравится ли великому поэту современная "незалежна” Украина и украинцы? Но еще интереснее: понравится ли украинцам Тарас Шевченко? Живой! Не тот, что на купюре (почему-то вспоминаются стихи Вознесенского "Уберите Ленина с денег”), не тот приглаженный, кастрированный, из школьных учебников, не тот медноликий, покорно склонивший голову перед университетом, что ныне носит его имя, стоящий словно перед расстрельной командой, не тот угрюмый, смурной сельский дядька в кожухе, а живой! Вспыльчивый, гордый, тщеславный, влюбчивый, практичный, а порой добрый, мягкий, сентиментальный, несколько наивный, но до глупости честный и справедливый... Поэт, гражданин, патриот... Работящий... С крутым мужицким нравом... Словом, живой. Со своими достоинствами и недостатками... Который может и выпить, и полезть в драку, и пойти против власть имущих... Почти как Пушкин в книге Вересаева: "грешный, увлекающийся, часто ничтожный, прямо пошлый, - и все-таки в общем итоге невыразимо привлекательный и чарующий человек. Живой человек, а не иконописный лик поэта”. И нужен ли он такой?

Я не хочу подробно пересказывать роман, чтобы не раскрывать вам, если вдруг еще не читали, всех тайн и не сбавлять градуса впечатлений от мастерского плексуса всех линий повествования, но уже после первых глав романа от книги нельзя оторваться. И скоро становится ясно, что живой Шевченко - такой, каким он был на самом деле, - никому в современной Украине не нужен. Ни исследователям его жизни и творчества, ни собратьям по перу, ни правительству, ни, что ужаснее всего, народу. Тут впору вспомнить Пушкина, высказавшегося о черни: "они любить умеют только мертвых”. Показательно, что ожившего классика даже в "спилку литераторов” не приняли. Впрочем, в этом как раз ничего удивительного нет, ведь у Шевченко безусловно есть талант, а мы же понимаем: чем больше талант, тем меньше шансов быть принятым в тесный круг привилегированных "инженеров человеческих душ”. В общем, явление Кобзаря народу вместо ожидаемой осанны вот-вот вызовет крик "Распни его!”. А многочисленные пилаты умоют руки. Не в первый раз великий человек попадает в разряд литературного типа "лишних людей”. Говоря словами ученого Либермана: "Ты им нужен как икона, а не живой”...

Это то, о чем повествует роман. О том, как - речь ниже. Но прежде я хотел бы задать вопрос зачем? Я знал ответ, но мне хотелось убедиться. Услышать лично от автора. Я пригласил Анатолия Исааковича поговорить в прямой эфир на одну киевскую радиостанцию. Крым принял приглашение, хотя был после долгой болезни, всего неделю как из больницы. Ему было очень тяжело, но он не отказал мне в просьбе встретиться и побеседовать о литературе, сатире, о жизни и смерти... Интересный собеседник. Среди прочего он сказал: "Шевченко в Украине - зацелованная икона. А для меня он живой человек. Я изучал его жизнь, его наследие... Это большой художник, необыкновенная личность”. Вот с этой необыкновенной личностью книга Крыма и знакомит читателя. Это знакомство впечатляет. Крым рассказывает многое из того, о чем заслуженные шевченковеды не любят упоминать. Но в отличие от Шевченко из книги Олеся Бузины, здесь поэт не вызывает отвращения, напротив, он становится ближе, понятнее...

"Мой Шевченко в книге, - признался однажды Крым, - это умудренный человек с большим опытом, познавший много горя и чуть меньше любви. И его ‘приглашают’ как бы с ‘того света’ на ‘этот’”.

Но этот свет уже напоминает ад. Мы этого не замечаем, мы привыкли, мы сжились с ним, а у Шевченко взгляд со стороны, незамыленный, свежий... И ему страшно. Не такой ему грезилась свободная Украина. Интересно и страшно смотреть на наш мир глазами классика. Множество неприглядных фактов нашей современной жизни узнается на страницах романа.

Читается книга необыкновенно легко. Крым - превосходный стилист. Ему подвластна любая манера письма. Дневник Шевченко, милицейский протокол, стенограмма собрания членов правления "спилки пысьменникив”, письма еврейской мамы... Крыму удаются разные голоса. Тут во всей красе проявляется его драматургический дар.

Конечно, роман прежде всего сатирический. По мне-то - лучший роман в этом подзабытом жанре. Но лучший отнюдь не потому, что единственный, нет. Хороших сатирических романов в Украине действительно немного. Конкретно их два. "Украинская каб(б)ала” Анатолия Крыма и "Труба” его же. По сути, Крыму приходится состязаться с самим собой. Это хорошо. Для Крыма. При любом раскладе он остается в выигрыше.

"Труба”, при всех своих достоинствах, проиграла "Украинской ка(б)бале” вчистую, по всем параметрам. Этот роман проще. И фабульно, и стилистически. Да и сама сатира не так остра. Все не столь тонко, прямо в лоб! И высмеиваются в первую голову первые морды (откуда лица?) государства. В "Украинской каб(б)але” досталось всем: писателям, художникам, чиновникам, правоохранительным органам, нации... Но чувствуется, что, обличая других, автор и сам ощущает боль...

Тогда все-таки зачем? Для чего так и об этом писать? Не жалея ни других, ни себя... Да и по головке за такой роман никто не погладит. И как он не боится? Ведь свобода слова у нас только на бумаге, эту фразу нельзя понимать буквально.

В одном интервью Анатолий Исаакович сказал: "Во все времена писатель борется с властью. И это его задача”.

Боюсь, тут Крым ошибается. Всё с точностью до наоборот. Во все времена власть борется с писателями. Со времен Шевченко и до наших дней. Ее задача - писателя подмять, сломать, купить или уничтожить. А задача писателя - выстоять в этой неравной борьбе и успеть сказать людям правду, ни единой буквой не солгать. Крым не куплен и не сломлен, он продолжает говорить правду. Но слышат ли люди нынче писателя? Не уверен.

А я рекомендую прислушаться...

Хотя с каких пор я верю, будто литература может сделать мир лучше? С недавних, представьте себе. Не переделать, конечно, а подтолкнуть к переменам, не мир, а человека... Мне лично хочется в это верить...

Наверное, я идеалист, как и Либерман. Он любит Украину. И хотел бы для нее сделать что-то хорошее. И он, уезжая, оставляет ей Шевченко. Пусть у них будет любовь. Пламенная... Кстати, я вначале думал, что Пламенная Л. Б. - бедовая и распутная соседка Либермана - олицетворяет в романе Украину. Хотя бы из-за того как обходятся с этой женщиной мужчины, наделенные властью. Ее попросту имеют. Но я ошибся.

"Доводилось ли вам, уважаемые дамы и господа, видеть ребенка, потерявшегося в огромном супермаркете? Все бегут к прилавкам, толпятся в очередях, дерутся, ссорятся, а он стоит посреди огромной залы - одинокий, растерянный, озираясь в поисках родителей”. Так в своей нобелевской речи говорит Либерман, предлагая на место ребенка мысленно поставить страну, "которая не в состоянии выбрать свою дорогу без поводыря”. Читая финал романа, я легко представил себе эту картину, заставившую сердце биться тревожно. А Крым дальше пишет: "История Украины жестока и трагична. Пытаясь отыскать свои корни, ее народ не может ответить на самые простые вопросы, которые задают заблудившемуся ребенку: как твое имя? кто твои родители? где ты живешь?” Вот кто главная героиня романа - Украина, для которой Либерман оживил ее духовного лидера. Но поняв это, едва удерживаешь слёзы...

В конце нобелевской речи Либерман попросил комитет поставить два стула. Для его матери и для Шевченко. Но его мама умерла... Ее уже нет! Жив ли Шевченко? Вот в чем вопрос. Вопрос риторический.

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:

  • В Харькове осквернили памятник Пушкину
  • Распятие свободы.
  • Что есть стихи?
  • Про Публику, обреченных поэтов и паранойю
  • Виват, поэт, виват!


  • Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

    • Войти

      Войти при помощи социальных сетей:


    • Вы можете войти при помощи социальных сетей


     

    «    Апрель 2018    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     1
    2345678
    9101112131415
    16171819202122
    23242526272829
    30 

    Гостиница Луганск, бронирование номеров


    Планета Писателей


    золотое руно


    Библиотека им Горького в Луганске


    ОРЛИТА - Объединение Русских ЛИТераторов Америки


    Gostinaya - литературно-философский журнал


    Литературная газета Путник


    Друзья:

    Литературный журнал Фабрика Литературы

    Советуем прочитать:

    Новости Союза:

         

    Copyright © 1993-2013. Межрегиональный союз писателей и конгресса литераторов Украины. Все права защищены.
    Использование материалов сайта разрешается только с разрешения авторов.