Памяти Павла Бессонова: «МЫ – НЕ В ОТСТАВКЕ. МЫ – ЗАПАС»

Владимир Спектор

 

                       ПАВЕЛ БЕССОНОВ: «МЫ – НЕ В ОТСТАВКЕ. МЫ – ЗАПАС»

 

                                                           Пока мы живы, помниться так близко

                                                    и боль, и страх, и счастья краткий миг.

                                                    Не имена друзей на обелисках,

                                                    А молодые лица видим их.

                                                    И День Победы, и сражений даты

                                                    живут, не забываемы для нас.

                                                    Страны великой мы еще солдаты.

                                                    Мы не в отставке. Мы – её запас!

                                                                           Павел Бессонов

 

    Он родился в железнодорожном посёлке Грязи Воронежской области, в семье железнодорожника, учился в железнодорожной школе, но железнодорожником так и не стал, хотя трудовую биографию начал в 16 лет слесарем службы СЦБ на станции Грязи. В судьбу его (и всей страны) вошла война, и он стал сначала солдатом, а потом офицером, авиационным инженером. И отличным поэтом. После окончания знаменитой Военно-воздушной инженерной Академии имени Можайского почти всю жизнь прожил в Украине, последние 40 лет – в Мариуполе. Сегодня, накануне своего 85-летия, Павел Бессонов, автор нескольких книг и лауреат литературных премий, среди которых – Международная имени Тараса Шевченко, делится с нами своими рассуждениями о жизни и судьбе. 

 

                                             Снова память войны догоняет меня…

 

- «Память стреляет без промаха и попадает в меня. Всё, что для сердца так дорого, вновь оживает, маня…» Павел Александрович, в Вашей судьбе - война и мир, Страна Советов и независимая Украина, воинская служба и литературное творчество. Что сегодня вспоминается наиболее часто и представляется самым главным?

 

- «Кончилось детство. Его уже нет. Город окошек глазницами слеп. Черные птицы в пустых небесах. Где-то под ложечкой спрятался страх. Черные капли, летящие вниз, дымные вихри и режущий визг. Смолкла сирена. Зенитки молчат. Очередь длинная в военкомат. Кончилось детство, но строг военком: «Время когда подойдет – позовем!» Время подошло, и в феврале 1944 года я вместе с другими 17-летними парнями попал в батальон ВВС ЧФ  под Новороссийск. Кроме ускоренной войсковой подготовки  мы участвовали в разминировании и расчистке горных дорог от станции Гайдук  до Геленджика и  Новороссийска. В  июле 1944 года  из состава батальона отобрали наиболее грамотных и направили  в  Военно-морское авиатехническое училище в Пермь. С октября 1945 служил авиационным механиком в  морской авиации в Крыму. Это было время «холодной войны», авиация США базировалась на побережье Черного моря в Турции, наша часть была на круглосуточном боевом дежурстве. 

    В 1955 году поступил в Ленинградскую Краснознаменную Военно-воздушную  инженерную  Академию им. Можайского, которую окончил  в  1960 году по специальности авиационный инженер-механик. Служил в частях Ракетных войск Стратегического назначения в Одесском, Сибирском, Уральском военных округах. В 1971 году был направлен военпредом на завод «Тяжмаш» в Мариуполь. В 1972 году уволен из вооруженных сил по возрасту. 

    Не скажу, что все эти годы писал стихи – условия были не поэтические. Даже для чтения времени катастрофически не хватало. Я ведь и спортом занимался серьёзно – был кандидатом в мастера по лёгкой атлетике. Но после окончания Академии постепенно начал открывать для себя шедевры русской и советской поэзии, особенно близким было творчество поэтов-фронтовиков – Симонова, Асадова, Ваншенкина, Межирова, Самойлова, Левитанского, Слуцкого, Гудзенко… Проснулось оно и во мне. Писал сначала в стол, потом стал публиковаться в газетах, журналах. В 1986 году в московском издательстве «Советский  писатель» была принята в  работу книга моих стихов. Это была огромная удача. Хотя мне уже на то время было 60 лет. Помню приезды в издательство, общение с редактором  альманаха «Поэзия» поэтом-фронтовиком Николаем Старшиновым, его коллегой Владимиром Карпеко, главным редактором издательства Егором Исаевым. Они были для меня, как братья по военному лихолетью. 

    Книга дошла до постановки в издательский план, но её накрыла «волна перестройки», в 1988 году издательство «СП» стало разваливаться на глазах. Рукописи вернули авторам. Но не зря в песне поётся: «Кто хочет, тот добьётся». Мои стихи, всё же, увидели свет в Донецком издательстве «Лебедь», и я рад, что книги были доброжелательно встречены и критикой, и читателями. В моих стихах – голос поколения, о котором сказано: «…Оно вводилось в виде пополнения в неполные полки и корпуса. Оно тогда осмыслило едва ли: его, пока ещё не полегло, - как кровь живую, армиям вливали. И это, между прочим, помогло». Пишу искренне и только о том, что волнует. Поэтому, думаю, стихи находят отклик в читательских душах. И это – главное.

 

- Какие из встреч с писателями остались в памяти, оказали влияние на творчество?

 

- Как раз, встречи со Старшиновым, Карпеко и Исаевым были для меня важными. Их моральная поддержка была неоценима. А в Мариуполе запомнилось общение с Беллой Ахмадулиной, которая проводила у нас в городе творческий вечер. Я напросился в гости к ней и её супругу Борису Мессереру, и мы провели вместе почти весь день. Было и застолье, и купание в море. Не было высокомерия и отчужденности, не было «заумных» разговоров о литературе. Но в некоторых взглядах Беллы, которые она бросала на окружавший пейзаж, всё же, читалось что-то неземное. В памяти осталось: «Поэт даже в быту остаётся Поэтом».  

    Запомнилась поездка на БАМ в 1983 году. В 1983 году. Мне предложили поехать вместе с поэтом и журналистом Василием Мамневым в командировку, сделать несколько репортажей.  Мы побывали в посёлках строителей и железнодорожников, в конце концов, добрались  до станции Усть-Кут, конечного пункта Западного  участка БАМ. Дальше сквозь тайгу  побивалась  двухколейка на восток к хребту Майский, где уже приступили к пробивке тоннеля. Встретил там и земляков с Донбасса. Работа у них была очень тяжёлая, что называется, для настоящих мужчин.  Но и отдыхать бамовцы тоже умели. В посёлке Улькан был молодежный  клуб  ЭРА. На еженедельных  встречах  там читали стихи на азербайджанском, украинском, русском языках.  Под гитару исполняли бардовские песни. Познакомился там с молодым поэтом Юрием Кожевниковым, который потом переехал в Мариуполь, где вышла его книга «Предзакатное солнце моё». К сожалению, в 2002 году Юрий Кожевников ушел из жизни, оставив десяток тетрадок  исписанных от руки стихами  и отрывками прозы.  Позже в Москве была издана его итоговая книга «Памятник», включившая все ранее неопубликованное. Книги переживают авторов. 

    Вспоминается дружба с литераторами из Рустави. Их литературное объединение и наш Мариупольский литературный клуб «Приазовье», который я долгое время возглавлял, издали совместную книгу стихов и прозы «Сталь и море». Она вышла одновременно в издательствах «Донбасс» и «Мерани» в 1979 году. Очень интересным и полезным было общение с грузинскими коллегами Карпе Мумладзе и Даниилом Чкония (сейчас он – главный редактор журнала «Зарубежные записки», выходящего в Кёльне). Тогда же, по приглашению грузинских коллег, мы, литераторы Мариуполя (тогда – Жданова) побывали у них в гостях в Грузии. Это была чудная поездка, наполненная душевным теплом, потрясающим гостеприимством, радостью общения. Ответный визит делегации руставских писателей в Жданов состоялся  на празднике  Дня книги осенью 1987 года. Нас объединяло чувство одной страны, не зря говорили – «братские республики». Так оно и было. Жаль, что сегодня Грузия (и другие страны бывшего СССР) – хоть и ближнее, но зарубежье. Нам, ветеранам, это трудно понять.

 

                                          А ссадины души зудят порой и кровоточат…

 

- Великая литература не смогла воспрепятствовать мировым войнам, конфликтам, потрясениям ни в прошлом, ни сейчас… Почему человечество не прислушивается к добрым советам, не вчитывается в мудрые книги, не следует христианской морали, в конце концов. Ведь Слово, которое было в начале, учило добру и милосердию. Где оно?

 

- Слово там же, где пребывало всегда – в душе, в хорошей книге (прежде всего, в Библии), песне, фильме. Я не верю внешней показной религиозности. Такие люди, перекрестившись, вполне могут пойти на преступление в корыстных целях. А потом покаются. И опять… 

    Вера в Бога, в добро должна быть в душе и проявляться в поступках, в милосердии, отзывчивости и благотворительности. Пока этого в обществе не много. Наплевав на социалистическую идеологию, реформаторы взамен ничего не предложили. Это опасно и для отдельных личностей, и для страны в целом. Потому-то и возникает благодатная почва для национализма, фашизма, экстремизма… Хорошо сказано: «Но что-то есть ещё помимо бедности, в чём чувство рая схоже с чувством Родины». Надеюсь, это понимают те, от кого зависит принятие решений в государственном масштабе. Нужно пропагандировать хорошую литературу, кино, музыку, воспитывать вкус у молодёжи. А то ведь всё доброе, душевное – «неформат», а всё низкое, вульгарное, похабное – «на ура». В последнее время  почти не читаю беллетристики, а в журналах интересуюсь литературной критикой, общественно-политической тематикой  и  вопросами культуры. Просматриваю стихи во всех журналах, но читаю полностью только «зацепившие»  меня  оригинальной мыслью.  Все  это нахожу в журналах «Радуга», «Ренессанс», «Склянка часу»,  литературной  газете  «Отражение», альманахе «Свой вариант». Из «толстых»  журналов доступен «Новый мир», который по содержанию весьма далёк от самого себя в 70-80-е годы прошлого века.  Люблю  повторяемые добрые комедии советского кино. Документальные  фильмы о войне  предпочитаю художественным.  «Американские фильмы смотрю, притворяться не буду – ловко сюжеты кроят и сшивают дельцы Голливуда… «Но почему-то сжимается сердце от боли, и подступают горючие слезы невольно, Если опять черно-белые кадры экрана память мою возвращают в далекие годы. Там наши парни в шинелях, в ушанках, так не похожие на молодцов иностранных, жизни свои отдают, не за деньги, красоток и славу, веря в одно лишь, что дело их свято и право». В этих стихотворных строках – моя позиция. Саднит душа и кровоточит от того, что забывают героев, не уважают живущих ветеранов войны, плюют в душу им, но, прежде всего, себе и своим детям.

 

- И, всё же, каких авторов выделяет сегодня писатель Павел Бессонов, и что у него на письменном столе?

 

- На письменном столе – компьютер, помогающий сориентироваться в литературном море. Не согласен, что интернет – всемирная свалка. Каждый находит то, что ищет. Честно скажу, что после  мастеров, демонстрировавших высокий уровень литераторы, глубину мысли и искренность чувств, таких как  Чингиз Айтматов, Юрий Бондарев,  Григорий Бакланов, Василь Быков, Виктор Астафьев, Валентин Распутин, меня не затронули  произведения  Акунина, Пелевина, Сорокина, Ерофеева… Может быть, потому что я из прошлого поколения читателей. Тем не менее, могу выделить профессионалов, продолжающих традиции нашей великой прозы. Людмила Улицкая, Юрий Поляков, Дина Рубина, Михаил Веллер… Это всё, конечно, субъективно. Но в их произведениях есть душа, в них речь о том, что волнует людей во все времена. Сейчас я мало пишу нового,  пересматриваю то, что было отложено, осталось  в черновиках. В этом году в издательстве «Лебедь» вышла книжка стихов «Личное мнение», в которую наряду с новыми  вошли уже публиковавшиеся. Повторение  оправдано малыми тиражами. Хочу издать книжку  повестей и рассказов. Проблема в том, что издательства не стремятся публиковать книги, не относящиеся к категориям детективов, боевиков, женских романов или эротических фантазий. Издание книг дорожает, опережая  прибавки  к зарплате и пенсии. Что касается поэзии, литературный процесс тут  движется по пути безграничного увеличения количества  пишущих при сокращении  читающих. Этому способствует создание  в  Интернете многочисленных сетевых проектов, а также  стремление многих авторов  как можно быстрее  издавать свои сборники, участвовать в различных бесплатных и платных  литературных конкурсах, чтобы попасть в толстый фолиант альманаха с тремя-пятью текстами. Такие книги не зря называются поэтическими «братскими могилами». Серьезной редакционной работы с рукописями не проводится, книги печатаются  с ремаркой «в авторской редакции». Все это приводит к усреднению уровня поэзии,  дезориентации  молодого читателя и  торжеству графомании. Но в таких изданиях, как «Радуга», «Отражение» и «Свой вариант» постоянно появляются стихи прекрасных авторов. Среди них -  Юрий Лебедь, Михаил Деркач, Виктор Шендрик, Ирина Гирлянова, Елена Морозова, Наталья Мавроди… Поэзия не умирает. 

 

    А ветераны – не сдаются. Подборки стихотворений Павла Бессонова – на многих литературных интернет-сайтах, в журналах и альманахах. Он действительно не в отставке. Он – в строю. Рядом с честью и надеждами тех, чьи души пролетают журавлиным клином и напоминают о том, чего нельзя забывать никогда и ни при каких обстоятельствах.  

    Пока наше сердце стучит, война еще в нас, еще с нами, горячими, дымными снами приходит и будит в ночи. А день, когда миру ключи Победы вручили солдаты, останется праздничной датой для нас, пока сердце стучит.

 

 


Комментарии 2

Редактор от 30 сентября 2011 09:41
Здорово! Сердечно, А. Евсюкова
Apalkow от 25 февраля 2020 09:25

Павел Бессонов - замечательный поэт, ПОЭТ с БОЛЬШОЙ БУКВЫ! Тут ни добавить, ни убавить. Его публикации на страницах международного литературно-художественного журнала "Склянка Часу*Zeitglas" всегда находили отклик в душе читателей. О чём свидетельствуют действительно многочисленные письма в редакцию и, разумеется, самому автору. Прожив большую и трудную жизнь, Павел Александрович Бессонов, оставался мудрым и молодым в своих творениях. А написано им много. Издано более 12 сборников стихов, повестей и рассказов... И его творческий талант был замечен и по достоинству оценён. Павел Бессонов – лауреат литературных премий: М. Матусовского, В. Даля, Б. Гринченко, Т. Шевченко.

Я рад, что мне удалось издать его потрясающую книгу рассказов "Только не замуж". Книга очень хорошо разошлась. У нас в редакции сохранилось лишь её три экземпляра. Но, до тех пор, пока произведения автора читают люди, этот АВТОР ЖИВ!

 

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.