Сделать стартовой     Добавить в избранное
 

Велемир Хлебников: тайна псевдонима Публицистика |

Анатолий Мозжухин

Велемир Хлебников: тайна псевдонима

 

Велемир Хлебников. Поэт поэтов. Король поэтов. Король времени. Председатель земного шара… Любой из этих титулов справедлив и бесспорен. Хлебников — настолько яркая личность, что его значение невозможно преувеличить. И только в одном, к сожалению, нет единого мнения: как правильно пишется его имя — Велемир или Велимир? На обложках его прижизненных книг, хранящихся в том числе в фондах Российской государственной библиотеки («ленинки»), имя Велемир везде написано с двумя «е». Однако в более поздних, вторичных источниках, которые можно считать официальными — литературоведческих исследованиях, энциклопедических справочниках и словарях и даже в «Википедии», — восторжествовало написание «Велимир». Причём, и это своего рода парадокс, одновременно существуют и источники, использующие написание через «е» или даже оба варианта написания (!) одновременно. Возникают два вопроса. Первый: какое из написаний следует считать правильным? Второй: как возник второй вариант написания? А следом будет логичным задать и третий вопрос: как вернуть Хлебникову подлинное, прижизненное написание его имени?

Истоки

Во времена многобожества, каждый из богов имел своё имя, отличающее его от другого бога. С приходом единобожия ситуация, казалось бы, должна была измениться: зачем Богу имя, если он один? Достаточно писать это слово с большой буквы. Тем не менее люди дали имя и единому Богу: Ягве (Яхве), Иегова, Саваоф — эти и другие варианты имени существуют и до сих пор являются предметом спора.

Интересно и то, как объясняется происхождение имени Бога. В Библии сказано, что Бог сам открыл своё имя Моисею. Тем не менее этого имени в Библии нет. В некоторых более ранних её вариантах оно якобы было, но потом, на основании заповеди «не повторяй Имя Моё всуе», его изъяли. Из Библии! Не второстепенную мелочь, а Имя Бога! Кто посмел? И ответ очевиден: тот, кто знал, что наказать его некому.

Допустил бы Бог искажение или разночтение своего имени? Давайте опустимся на земной и чисто бытовой уровень. Попробуйте переврать имя своего начальника, обращаясь к нему. Да что там начальника, просто знакомого. Если вы сделаете это хотя бы дважды, то считайте себя уволенным или вычеркнутым из списка знакомых. Обратите внимание, как вы сами относитесь к искажению вашего имени или фамилии. Дейл Карнеги в своей книге «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей» посвятил этому вопросу целый параграф, в котором показал, как важно собственное имя для каждого человека и как опасно этим пренебрегать. Искажая имя человека, вы как бы демонстрируете недостаточное к нему внимание или неуважение. При этом вы не только теряете его расположение, но рискуете нажить себе врага. Иногда имя искажают сознательно, издеваясь над человеком. В юности я был свидетелем такого эпизода. Недалёкий начальник вызвал к себе в кабинет подчинённого и, с явным удовольствием, сказал:

— Садитесь, товарищ Граберман».

Тот, покраснев и явно напрягшись, ответил:

— Моя фамилия не Граберман, а Греберман».

— Ах, да, я помню, но присаживайтесь, товарищ Гроберман».

Вам смешно? А надо было видеть выражение лица человека, с которым так бесцеремонно поступили. Там было всё: гнев, страдание, бессилие… и понимание собственного бесправия — невозможности ответить начальнику в том же духе. И умышленное, и неумышленное искажение имени человека, если за ним не следуют немедленные извинения, — это оскорбление. Это унижение или издевательство. Я был свидетелем, когда Синюка называли Свинюком, а Сердюкову Смердюковой. Мог ли Бог допустить, чтобы Имя Его искажалось или переиначивалось? Нет, пусть лучше этого имени вообще не будет в Библии. Однако у Хлебникова имя было…

Обратимся к истокам выбора псевдонима Виктором Владимировичем Хлебниковым.

Велемир — славянское имя, произошло, как считают, от velemir, с тюркского праязыка — «повелевающий миром». В основе двоякий смысл, где «мир» может быть «не война». Характеризует, по некоторым мнениям, и неприхотливость, и неподкупность. Велемир может означать и «веление мира». В те времена распространёнными были имена с корнем «веле»: Велемир, Велемудр, Велезвёзд, Велес. Имелось в виду «веление мира», «повелевать жить в мире». Велес — божество в древнерусском языческом пантеоне, покровитель сказителей и поэзии, второй по значимости после Перуна.

Позже, однако, неизвестно откуда пришло мнение, что имя Хлебникова надо писать как ВелИмир — от «великий мир». При этом не заметили, что «велИкий мир» и «повелЕвающий жить в мире» имеют разный смысл и второе имеет несомненно больше оснований быть именем, чем первое.

Историография на основании «Слова о полку Игореве» и «Велесовой книги» знакомит нас с князем Велемиром, возглавившим в IV веке, после 375 года, военную группировку «Киевская Троянь». Под руководством князя Велемира русичи в 382 году изгнали готов из Русской земли и добились мира.

Возможно Хлебников учитывал всё это, выбирая себе имя Велемир, и придавал ему смысл «веление мира». Это полностью согласуется с идеей, которую он определил, как основную цель Общества Председателей земного шара — Правительства Времени — МИР! (Как это актуально сейчас и как нам не хватает такого вождя сегодня!)

Имя, данное ему при рождении Виктор, происходит от лат. Victor («победитель»). В древнеримской мифологии Victor — эпитет богов Юпитера и Марса. Естественно, что Хлебников не считал себя воином-победителем. Ему хотелось ассоциировать себя с миротворцем. Веление мира было его внутренней сущностью и причиной создания общества Председателей земного шара с императивом МИР.

В поисках истины

В статье «Еще раз о псевдониме Хлебникова» блоггер lucas_v_leyden (https://lucas-v-leyden.livejournal.com/257849.html) пишет о своих поисках. Они таковы:

В журнале «Весна», приюте дебютантов, в первом десятилетии ХХ века был опубликован первый текст «Искушение грешника» за подписью «В. Хлебников», а также… стихотворение «Песнь машин», подписанное «Велимир» (Весна. 1908. № 9. С. 2, 3). Исследованием принадлежности этих стихов Виктору Хлебникову занимались усомнившиеся хлебниковеды — в силу несоответствия их по уровню и стилю. И, наконец, самое важное: почему Хлебников стал вдруг использовать «чужой псевдоним», подписываясь Velimir? И поэтому был сделан вывод, что этот Велимир — явно не Хлебников. Но кто же он?

В архивах Петербургского жандармского управления среди вещественных доказательств, изъятых жандармами при обысках редакций газет и отдельных лиц, блоггер lucas_v_leyden в 90-х годах нашёл письмо, конфискованное у Е. Л. Афонина (1871 — 1922), который тоже писал стихи, был многогранной личностью и более известен как Батя. Письмо, написанное предположительно Хлебниковым, заканчивалось так: «Весна выходит. Пока ещё не писал, собираюсь. Но знаешь, Батько, кажется Весна не платит гонорара... У нас, как наверное ты знаешь, развелись здесь культурно-просветительные общества, так вот об их работе с некоторой даже критикой я могу посылать тебе корреспонденции… Словом, ты ответь и пожалуйста поскорее и поподробнее.

Спасибо Батько!

Велемир <так!>».

Письмо было написано в 1911 г. И блоггер, не обратив внимание, что автор письма пишет «Весна выходит. Пока ещё не писал, собираюсь», решил, что Велемир и Велимир — это один и тот же человек (хотя и небезоговорочно): «При этом почти нет сомнений, что перед нами письмо именно того лица, которое печаталось под именем «Велимир» в 1908 году... С другой стороны, немного смущает высказанная неосведомлённость автора в гонорарной политике «Весны»: казалось бы, после серии публикаций сочинитель должен быть твёрдо уверен в том, что он не получит ни копейки. Отдельного замечания заслуживает и начертание подписи: в журнале (и после у Хлебникова) имя пишется через «и» — «Велимир». Было ли оно поправлено при публикации (и, кстати, кем — Шебуевым? Каменским?) — или, напротив, сам его носитель решил подрихтовать (пользуясь профессиональной терминологией) псевдоним?».

Главный (и совершенно справедливый) вопрос-сомнение: «поправлено… кем»?

Пойдем дальше. https://www.ka2.ru/nauka/jean_philippe_jaccard_1.html

Жан-Филипп Жаккар. Велемир I — поэт становлянин. А. Туфанов и В. Хлебников. Эта статья написана для сборника швейцарских славистов, изданного к Международному съезду славистов в Охриде (2008). В статье автор пишет, что Туфанов видел себя преемником Хлебникова в качестве «Председателя Земного Шара Зауми» и «Государства Времени» под именем Велемира II.

«В 1921 году в Петрограде, Туфанов становится главным пропагандистом крайней зауми, идеи, которая нашла воплощение в двух книгах стихов — «К зауми» (1924) и «Ушкуйники» (1927), в статье «К постановке поэмы «Зангези» Велемира Хлебникова»

«Подписав эту статью "Велемиром II в Государстве Времени", Туфанов отвёл Хлебникову место первого Поэта. Отныне все подлинные поэты, и он, Туфанов, в первую очередь, будут "Велемирами"».

Это имя, которое Туфанов по понятным причинам (обратите внимание — ему понятны причины! — А. М.) неизменно даёт в написании с двумя «е», – вот звание, достойное истинного поэта: «Звание Велемира (выделено здесь и далее мною — А. М.), повторяю, обязывает: отказ от пространственного восприятия вселенной… В этом Государстве Времени я чувствую уже себя Велемиром II, но, чтобы быть Велемиром III, могу уступить корону Велемира II ("Велемир I Государства Времени")».

Вот здесь я прерву чтение Ж. Ф. Жаккара для анализа прочитанного. У меня невольно возникают ассоциации со званием, например, «король» по форме написания имени с принятой для королей нумерацией. Уж не отождествляет ли Туфанов имя Велемир, говоря «звание, достойное истинного поэта», с чем-то вроде короля? В таком случае «я чувствую себя Велемиром» очень похоже на «я чувствую себя королем». Отсюда и «могу уступить корону». Похоже? И «Велемир I Государства Времени» пронумерован!

«Звание Велемира, повторяю, обязывает: отказ от пространственного (! — А. М.), восприятия вселенной… В этом Государстве Времени (! — А. М.) я чувствую уже себя Велемиром II». Получается, по Туфанову, что в государстве Времени, а не пространства, король отождествляется с Велемиром, или, наоборот, Велемир с королём.

А вот в приведённых ниже примечаниях по сноскам, даются оба варианта имени-псевдонима: от себя и Туфанова — ВелЕмир, а по цитируемым документам — ВелИмир: Источник: http://nabokov-lit.ru/nabokov/kritika/zhakkar-ot-nabokova-k-pushkinu/tufanov-i-hlebnikov.htm

«223. Двинятина Т. Велимир Хлебников в творческом сознании А. В. Туфанова // Дело Авангарда = The Case of the Avant-garde / Willem G. Weststeijn (ed.). Amsterdam: Pegasus, 2008. P. 177–235. В дальнейшем цитаты без ссылок взяты из этой публикации, которая содержит следующие статьи: «Простое о поэте Хлебникове» (<осень 1922–1923>); «<Речь для вечера памяти Хлебникова>» (<осень 1922–1923>); «Велемир <таково написание имени поэта Туфановым. — Ж-Ф. Ж> I Государства Времени» (<осень 1922–1923>); «Поэзия Становлян (К годовщине смерти Велемира Хлебникова)» (<июнь 1923>) с двумя приложениями: «Конституция Государства Времени» и «Государство Времени» (2 мая 1923 г.); «Обзор художественной жизни» («I. Выставка памяти Велемира Хлебникова») (<июль 1923>);

232. В статье «Простое о поэте Хлебникове» Туфанов вновь пишет о том же: «Поэт, как сама жизнь, есть то, что становится, делается, он всегда — становлянин» – и добавляет: «Таков был Хлебников». См. ещё в статье «Велемир I Государства Времени»: «Велемир был сама жизнь, а жизнь есть нечто движущееся, эволирующее, становящееся» и т. д.

233. «И Хлебников был больше, чем поэт, он был Велемир. В нем было нечто собранное, а не рассеянное, круговое движение, переходящее в линейное направление, заторможенное и хаотическое, вечно становящееся линейным при каждом новом ослаблении преград. Он был Велемир» («Велемир I Государства Времени»).

В статье «Государство Времени» (1923) Туфанов пишет: «Мы разрушим её <вселенную. – Ж-Ф. Ж.> и упраздним даже смерть, а новой вселенной, взамен смерти, дадим самих себя, самих себя, как солнцелейную пляску в лазурной мгновенности под вихревые аккорды звуко-шумов и жестов». Статья "Поэзия Становлян" открывается фразой, которую Туфанов неустанно повторяет в текстах этого времени и которая навеяна чтением "Творческой эволюции": «Жизнь есть нечто эволирующее, становящееся, движущее, ускользающее, неустойчивое, скользкое, крылатое, непрерывное, тягучее, непредвидимое, вырывающееся и торчащее вечно новое. Такова жизнь, таково и искусство, таков и поэт, художник… Но поэт, как сама жизнь, есть то, что становится, делается; он всегда – становлянин. Таков был Велемир Хлебников, такою была Елена Гуро и таковы мы – все Велемиры в Государстве Времени... Это показывает, что для Туфанова становлянин, как и Велемир, –это синоним Поэта с большой буквы (даже "больше, чем поэт"[233]) по сравнению с теми мелкими ремесленниками слова, которым чужда "прекрасная мгновенность».

Как видим, именно «Велемиру» придается особый смысл и содержание не просто имени, а комплексного ёмкого понятия-звания. Имеем ли мы право после этого писать ВелИмир? Тем более, что тысячи почитателей Хлебникова продолжают писать его имя-звание — ВелЕмир. Я считаю это недопустимым, и полагаю, что наш долг исправить эту принципиальную ошибку.

 

И дальше по https://www.ka2.ru/nauka/jean_philippe_jaccard_3.html

Жан-Филипп Жаккар. «Александр Туфанов: поэтика текучести».

«Интерес, проявляемый Туфановым к теории семантизации фонем, характерен и для Хлебникова, последователем которого он себя считал, он не колеблясь провозгласил себя Велемиром II. Однако Туфанов идёт дальше своего учителя, рассматривая согласные фонемы как законченные семантические сущности в ущерб слову, с этого момента понимаемому как простой „застывший ярлык на отношениях между вещами».

При уходе к недумающей природе, после смерти Велемира Хлебникова, я пришёл к наиболее простому материалу искусства. Материалом моего искусства служат произносительно-слуховые единицы языка, фонемы...».

Разве не убеждает страстность написанного Туфановым, его отношение к Хлебникову и к фонемам в том, что он не мог исказить его имя.

Тем не менее главный научный сотрудник Отдела новейшей русской литературы и литературы русского зарубежья Института мировой литературы им. А.М. Горького РАН, В. Н. Терёхина пишет: «Хлебников, подписавший свои приказы как Король времени Велимир 1-й, звал в страну, где «время пахнет черёмухой». http://www.domvelimira.ru/hlebnikov/about_futurizm/index.php

Вот так, не читая оригинала, ВелИмир, и всё.

И дальше в прижизненных изданиях, и даже более поздних, еще писали его имя правильно, пусть даже не все.

Вот обложка и титул книги Дм. Петровского, изданной в Москве в 1926 г. Здесь на обложке написано «ПОВЕСТЬ О ХЛЕБНИКОВЕ», а на титуле иначе: «Воспоминания о Велемире Хлебникове».

 

М.: Огонёк, 1926. – 48 с.;– (Б-ка «Огонёк»; № 162). Петровский Дмитрий Васильевич (1892–1955), советский писатель и поэт. Примыкал к ЛЕФу и был другом многих писателей и поэтов русского авангарда, в т. ч. В. Хлебникова, который имел большое влияние на его поэзию.

 

Дмитрий Петровский был настолько близок к Хлебникову, что может, с моей точки зрения, считаться достаточным авторитетом при определении достоверности имени, выбранного Хлебниковым в качестве псевдонима. В этой повести он описывает свои встречи, скитания с ним, и массу особенностей Хлебникова и бытовых деталей его жизни. Достаточно сказать, что он уступал ему свою кровать, а сам спал на полу. Вместе с ним голодал и делился всем, что имел. В книге, написанной с любовью и трепетным уважением к Хлебникову, Петровский не скрывает, что у него были трудности общения с ним. Про себя он иногда называл его «Пума» – леопард, горный лев, ягуар. Но начал он свою повесть с того, что воспринял смерть Хлебникова, как смерть матери. «Где-то есть мать… И вот в один день тебе скажут: нет ее. Так я остановился у косяка случайной станции и согнул плечи от охватившего меня сиротства… Я увидал: «В. Хлебников» в черном, тонком ободочке и не читал дальше… Я сел и, погруженный, окаменевший, долго перелистывал следы скитаний. И эта смерть звучала…» http://www.ruthenia.ru/sovlit/j/2772.html

Кто еще так описал свои чувства при известии о смерти Хлебникова?!

В повести «Воспоминания о Велемире Хлебникове», начиная от первой встречи, описаны масса подробностей, которые видел только автор. В тексте он 23 раза называет его Велемир.

Но еще за три года до издания этой книги, в марте 1923 года в количестве 5000 экз. вышел №1 журнала ЛЕФ (ответственный редактор В. В. Маяковский), страницы 143–171 журнала занимают «Воспоминания о Велемире Хлебникове» Дм. Петровского.

Меня интересуют в первую очередь люди, любившие его, близко знавшие и тесно общавшиеся с Хлебниковым. Им можно верить.

Вот ещё пример:

https://www.ka2.ru/hadisy/aseev.html Н. Асеев. Велемир Хлебников

«Мне привелось сблизиться с В.В. Хлебниковым в 1914–1917 годах. Я был покорён прежде всего его непохожестью ни на одного человека, до сих пор мне встречавшегося.

Как художник Велемир Хлебников был всегда напряжён и устремлён в сторону открытия, изобретательства, разгадки этого человеческого будущего.

Отказавшийся от современного ему настоящего, Велемир Хлебников не мог быть не только освоен, но и принят этим настоящим из-за полной ненужности в том мире, где практика жизненного опыта ограничивалась доходностью её для небольшого числа верхушечной прослойки общества».

Как видим, у Асеева опять везде «Велемир»! И, может быть, в указанной им «ненужности» кроются пренебрежение и причина искажения псевдонима Хлебникова?

А вот что написал А. Мариенгоф в «Романе без вранья» о «короновании» Хлебникова в Харькове в 1920 г., где все называют его Велемир (текст дан с сокращениями, орфография сохранена):

«В Харькове жил Велемир Хлебников. Решили его проведать.

Хлебников сидит на полу и копошится в каких-то ржавых, без шляпок, гвоздиках. На правой руке у него щиблета.

Он встал нам навстречу и протянул руку с щиблетой.

Я, улыбаясь, пожал старую дырявую подошву. Хлебников даже не заметил.

Есенин спросил:

— Это что у вас, Велемир Викторович, сапог вместо перчатки?

— Вот... сам сапоги тачаю... садитесь...

Сели на кровать.

Есенин говорит:

— Велемир Викторович, вы ведь Председатель Земного шара. Мы хотим в Городском харьковском театре всенародно и торжественным церемониалом упрочить ваше избрание.

Хлебников благодарно жмет нам руки.

Неделю спустя перед тысячеглазым залом совершается ритуал.

Хлебников, в холщовой рясе, босой и со скрещенными на груди руками, выслушивает читаемые Есениным и мной акафисты, посвящающие его в Председатели.

После каждого четверостишия, произносит:

— Верую.

Говорит "верую" так тихо, что еле слышим мы. Есенин толкает его в бок:

— Велемир, говорите громче. Публика ни черта не слышит.

В заключение как символ Земного шара надеваем ему на палец кольцо, взятое на минуточку у четвертого участника вечера — Бориса Глубоковского.

Опускается занавес.

Глубоковский подходит к Хлебникову:

— Велемир, снимай кольцо».

При цитировании Мариенгофа после «Велемир» вставляют <так>, будто боясь обвинений. Кого боятся?

В другом источнике: http://www.philology.nsc.ru/journals/spj/pdf/2017_2/05.pdf

(УДК 82-822 (571.1/.5) DOI 10.17223/18137083/59/5. Е. А. Макарова, Томский государственный университет в «Модификации сибирского сборника альманашного вида и формирование образа читателя в первые годы советской власти» Рассматриваются сибирские альманахи периода первых лет советской власти… 1917–1924 гг.) Макарова пишет:

«В иркутском журнале «Красные зори» вскоре появилась рецензия на сборник «Трое»... Здесь и Маяковский, и Игорь Северянин…, и даже Велемир (так. – Е. М.) Хлебников».

 В последние дни жизни рядом с Хлебниковым был его друг, женившийся потом на его младшей сестре Вере, Пётр Митурич. Тяжело больного Велемира он отвёз в мае 1922 г. в деревню Санталово Новгородской области, Крестецкого района, где 28 июня он умер. Похоронили Хлебникова на погосте в соседней деревне Ручьи. Сохранилось письмо П. В. Митурича к Г. Петникову, другу и соратнику Хлебникова. Его приводит В. Молотилов — https://www.ka2.ru/under/bullet_4.html (привожу с сокращениями текста):

«И, наконец, вот оно, сокровенное письмо Григорию Петникову из архива Харджиева-Чаги, Стеделийк-Музеум, Амстердам.

Дорогой Григорий Николаевич!

28-го июня в 9 часов утра Велемир ушёл с земли в деревне Санталово Новгородской губ.

Он жил в Москве… весьма скудно, да к тому же ещё болел малярией, которая его трепала нещадно 3 недели. Но от неё кое-как оправился, и в половине мая мы отправились ко мне. Перед отъездом у него опять началась лихорадка, но мы решили ехать в надежде, что с переменою климата она пройдёт.

Так и случилось: лихорадка прошла, как вдруг стали у него ноги слабеть и наступило общее несдержание. В три дня он совершенно обезножил и решили ехать в больницу.

Там врач на третий день установил диагноз: паралич ног, мочевого пузыря и желудка. Оказалось, болесть очень злая, и нужно было принимать решительные меры.

Велемир был против того, чтобы я к кому-либо обращался... Велемир пришёл в сознание семилетнего капризного ребёнка.

23-го мы его довезли, еле живым, домой... Через 3 дня он потерял сознание и через сутки, не приходя в него, перестал дышать — затух.

На следующий день мы его похоронили на ближайшем погосте по-граждански. На гробу был изображен земной шар и подпись: "Председатель Земного шара Велемир I-ый”.

Велемир был прекрасен до последнего слова „Да”.

Будьте здоровы. Ваш П. Митурич. 3/VII 1922 г.

[на обороте:]

Крестцы Новгородской губ., деревня Санталово.

Сделал два портрета с Велемира, один за день до смерти и другой после».

Хочу отметить, что В. Молотилов во всех своих заметках везде пишет «Велимир», а в этом письме П. Митурича сохранил «Велемир» оригинала. Вот такие документы людей, наиболее близких к Хлебникову, убеждают меня в правильности его псевдонима. Молотилов еще цитирует А. Н Андриевского: «Более преданного и самоотверженного друга, чем Митурич, у Хлебникова не было во всю его жизнь. Чтобы в этом все могли убедиться, давно пора опубликовать его мемуары о последних днях жизни Хлебникова в деревне Санталово». А.Н. Андриевский. Мои ночные беседы с Хлебниковым. Машинопись. С. 81–82».

В 1960 году Хлебникова из самых лучших побуждений решили перезахоронить на Новодевичьем кладбище в Москве, что и было сделано, но уже с именем Велимир.

Если верить свидетельствам очевидцев, из могилы в Ручьях перевезли то ли несколько косточек, то ли горсть земли с несколькими пуговицами, взятыми из соседней безымянной могилы. Местные жители якобы не захотели тревожить прах известного им знаменитого мученика. Часть праха явно осталась в этой земле — так у футуриста Хлебникова оказалось две могилы, одна из которых несомненно подлинная.

В перезахоронении участвовали люди небезразличные к Хлебникову, в том числе его племянник Май Петрович Митурич-Хлебников – сын сестры Хлебникова Веры Владимировны и Петра Митурича. Его подпись стоит и под Актом вскрытия могилы, датированным 25 июля 1960 г., где указано, что вскрывали могилу Велемира Хлебникова.

 

Еще раз напомню, П. Митурич написал в письме Петникову «На гробу был изображён земной шар и подпись: «Председатель Земного шара Велемир I-ый». Невзирая на это на могиле Хлебникова на Новодевичьем кладбище написали «Велимир».

А тем временем местные жители продолжали считать, что могила Хлебникова осталась нетронутой и не скрывали этого от приезжих последующих исследователей.

В 1986 году на могиле в Ручьях был установлен памятник с надписью: «Велемир Хлебников 1885 — 1922». Скульптор Вячеслав Клыков. Голый мальчик в короне со свитком удивительно точно отражает образ поэта. Чего не скажешь о «бабе» на Новодевичьем кладбище.

 

А публикаторы исправляют имя вопреки очевидным надписям в документах и на памятниках

 Но искоренить правильное написание им удается не везде

  

Вот уже и писатель Захар Прилепин в повести «Черная обезьяна» ввел город под названием Велемир.

  

А это пишет ровесник Хлебникова, знавший о нем многое, Тихон Васильевич Чурилин.

http://russian-poetry.ru/Poem.php?PoemId=14730 Отрывок из стихотворения 1935 г.

Песнь о Велемире

Был человек, в мире Велемир,

В схиме Предземшар с правом всепожара.

И многие другие не сдаются цензорам, упорствуют.

 

Но, конечно, и примеров написания «ВелИмир» много – это «правильная» общепринятая форма.

Противоборство

Создаётся впечатление, что имя «ВелИмир» было введено людьми, не знавшими близко Хлебникова и утверждено официально в бюрократическом порядке, породив борьбу сомнений. Существует масса странных «документов». Вот явная фальсификация, выдаваемая за автограф. Сравнение с почерком в рукописях Хлебникова, написание букв «В», «р» и др. подтверждают: фальсификация. Да и вся каллиграфия совсем не его.

  

И тут же мы находим несогласие в новой публикации с надписью на рисунке.

  

Вот ещё пример искажения текста авторской надписи художника под рисунком.

  

Вот эта надпись увеличенная:

  

Комментарии излишни. От рисунка отрезали нижнюю часть с надписью автора и ничтоже сумняшеся заменили её ложной.

  

Как такое возможно? Я не понимаю. Это же фальсификация, подлог.

Вот и Казимир Малевич «согласен» со мной. http://kazimirmalevich.ru/t5_1_5_2

 

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:

  • ШОРТ-ЛИСТ ПРЕМИИ «ПИСАТЕЛЬ ХХI ВЕКА» ОБЪЯВЛЕН
  • жил-был кот
  • Сергей Кривонос — лауреат Международной литературной премии имени Сергея Ес ...
  • ПОЗАБЫВ О БЕДЕ И НАЖИВЕ
  • Онегинская строфа


  • Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

    • Войти

      Войти при помощи социальных сетей:


    • Вы можете войти при помощи социальных сетей


     

    «    Октябрь 2019    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     123456
    78910111213
    14151617181920
    21222324252627
    28293031 

    Гостиница Луганск, бронирование номеров


    Планета Писателей


    золотое руно


    Библиотека им Горького в Луганске


    ОРЛИТА - Объединение Русских ЛИТераторов Америки


    Gostinaya - литературно-философский журнал


    Литературная газета Путник


    Друзья:

    Литературный журнал Фабрика Литературы

    Советуем прочитать:

    Новости Союза:

         

    Copyright © 1993-2019. Межрегиональный союз писателей и конгресса литераторов Украины. Все права защищены.
    Использование материалов сайта разрешается только с разрешения авторов.