ДОЛГАЯ ДОРОГА... СРЕДИ ТЕРРИКОНОВ

Дню шахтёра посвящается


ПАМЯТЬ

 

 «Всё позади, 

У вечности  в плену.

От этого не стоит избавляться.

А память принесёт не раз весну

И то, что будет счастливым казаться

(Л.Покрышка, луганский поэт)

 

ДОЛГАЯ    ДОРОГА... СРЕДИ    ТЕРРИКОНОВ

 

 «На донецкой земле терриконы-

Сотни тонн пережженных пород,

Окроплённые потом и кровью,

Подпирают седой небосвод.

Они сильной шахтёрской рукою

Были выданы нам «на- гора»,

Терриконы мои, терриконы,

Наступает прощанья пора...»

(Владимир Дворянчиков, г. Макеевка)

 

      Терриконы, мои терриконы...Были выданы нам «на гора»...Но, прежде, чем их выдать «на гора», нужно было сделать очень многое, и, прежде всего, спроектировать шахты, составить детальные разработки по прохождению шахтных стволов, предусмотреть массу мелочей для ввода их(шахт) в действие. А, для этого нужны знания, умение, профессионализм и талант. Да-да, тот самый талант, без которого не спорится ни одно дело, которому благодаря создаётся то, что навсегда входит в жизнь человеческую(а мы можем утверждать вполне обоснованно о том, что шахты и то, что в них добывается, целиком и полностью поглотили наше существование!). Талант, который, в сочетании с трудом и настойчивостью и приносит, так сказать, свои дивиденды в качестве конечного результата. То есть, любая профессиональная деятельность требует определённого таланта и должна ориентироваться на конечный результат.

                             

    Леонид Фёдорович Миронов, оставшийся в памяти многих и многих - тот самый человек, конечным результатом  профессиональной деятельности и всей жизни которого были шахты: строительство и реконструкция. Ведь без проектирования ни одна шахта никогда не появится «на свет божий», не будет давать уголь стране и работу шахтёрам и жизнь их семьям! Более пятидесяти лет трудовая деятельность Л.Ф.Миронова, бывшего главного инженера проектного института «Луганскгипрошахт», связана была с угольной промышленностью Донбасса, проектированием строительства и реконструкции шахт, которые, что называется, «взлелеял» он собственными руками, напряжением мыслей и полной самоотдачей этому труду.

    А, начиналось всё так. «Белорусский паренёк из деревни Глинь, что на Могилёвщине, Лёня Миронов и не думал, что главным делом всей его жизни станет проектирование шахт. Ходил в среднюю школу из села в районный центр, город Чериков. Девять километров туда, девять – обратно. Учился успешно. О шахтах и представления не имел. Подошло время выпускных экзаменов. Его учительнице Анне Гавриловне очень хотелось, чтоб Лёня стал учителем математики, как она...Не прошло и несколько дней, как встречает бывшего ученика своей школы, выпускника предыдущего года Колю Целебанова из села Озеры. Идёт франт- франтом, в горной студенческой форме....Коля сразу стал агитировать Лёню поступать в его институт(Харьковский горный)....Семья была многодетная. Отец не вернулся с фронта, сложил свою голову в борьбе против фашизма. Враги сожгли и хату. Матери было очень трудно. И Лёня решил: Харьковский горный – это то, что мне нужно»( из книги Владимира Подова «Белорусы в Донбассе», Луганск, 2002).

     Одним словом, как поётся в той песне: «На работу трудную, на дела хорошие и отправился парень молодой». Учился блестяще, получал повышенную стипендию, которая полностью обеспечивала его в эти годы(в то время это было 600 «сталинских рублей», обычная же стипендия составляла 200). Более того, подрабатывая на практике, помогал и матери «сводить концы с концами» - кормить и воспитывать ещё пятерых  детей. После окончания с отличием Харьковского горного института по специальности «Разработка пластовых месторождений» в 1957 году,  был направлен на шахту № 13(«чёртову дюжину», как называли тогда её) треста «Свердловуголь» в городе Свердловске Луганской области, став помощником начальника участка. Работа, что называется, «пошла», более того, поскольку имел высшее образование и  прочные знания, выделялся среди сослуживцев,  был вскоре назначен начальником участка капитальных работ, через год- заместителем главного инженера этой шахты.

     А ещё через два года попал в институт «Луганскпроект», став проектировщиком шахт. Работал много, с выездами на шахты, в том числе и за пределы Донбасса. Очевидно, от повышенных нагрузок физических и нервно-психических (приходилось многое делать в «авральном порядке», в сжатые сроки), он заболел. Долго ему не могли установить диагноз, с благодарностью вспоминал Леонид Фёдорович профессора М.А.Гришина (уже тогда известного специалиста, ставшего впоследствии знаменитым профессором- урологом, основателем урологической службы в Луганской области). Именно Михаил Александрович Гришин определил туберкулёзное поражение сустава и диссеминацию процесса и в почке и в лёгких. Тогда-то и приняла участие в судьбе Л. Миронова семья Понаровских, также известных в Луганске интеллигентов, которая помогла в организации активного лечения и дома и в Закарпатье, в Яремче, отчего через три года полностью излечился от генерализованного туберкулёза, был снят с учёта.

   Нужно сказать, что не все больные этим заболеванием могут благополучно «выйти» из такого тяжёлого состояния, сохранить бодрость духа и волю к жизни. Леонид Фёдорович сумел, не приумаляя заслуг медиков и его друзей, - это сделать.  Ещё Кальдерон говорил о том, что в лечении каждого заболевания участвуют, в основном, двое - врач и сам пациент. Его личное участие значило очень много, отчего и наступило полное выздоровление и возможность «длинного пути...среди терриконов», более пятидесяти лет работы в угольной промышленности.

    А, дальше начал «отсчитывать» ступени профессионального роста и повышения по должностной лестнице. Проектант, потом - инженер, старший инженер, главный инженер проекта, с 1977 года - заместитель главного инженера института, с 1980 года - главный инженер «Луганскгипрошахт», который с 1985 года стал одним из самых передовых предприятий проектирования в угольной промышленности. «Каждая новая ступенька в профессиональной деятельности означала для него углубление знаний в области проектирования, новый опыт. И всё это подтверждалось десятками разработок, проектов, решений», - пишет о Л.Ф.Миронове в своей книге «Белорусы в Донбассе» Владимир Подов.

     Но, давалось всё это не так-то уж и легко - проектирование шахт, их реконструкция, развитие горизонтов. Шахтная работа носит, ведь, подвижной характер - готовится новый  горизонт, нужно идти, обследовать и делать проект; проходятся плавни - нужно опять сидеть над проектом, одним словом, под всё новые объекты нужно готовить проектно- сметную документацию. Однако, светлая голова и, подчеркнём, профессионализм,    позволили проходить все эти этапы, о чём свидетельствовали все те знаки отличия, которыми был награждён за все годы : «Шахтёрская Слава» всех трёх степеней и «Шахтёрская доблесть» также трёх степеней.  Потому и «Знают Л.Ф.Миронова как видного специалиста по проектированию шахт в ряде стран Европы и Азии. В Индии пришлось ему заниматься спасением шахт от затопления поверхностными водами. В Китае выбирал площадки для строительства новой угольной шахты, работал в качестве эксперта в Чехословакии, Польше, Саарском  угольном бассейне в Германии, побывали и в Англии» - сообщает в своей книге В. Подов.

   Ладилась работа и семейная жизнь у Леонида Фёдоровича - жена Наталья Михайловна, бывший экономист того же института. Дочь Виктория, 1984 года рождения, замужем за хорошим парнем из Брянки Луганской области, окончила в Киеве Европейский университет по специальности  «компьютерные технологии», на преподавательской работе в Национальном транспортном университете. Повезло ему и с соседом по даче - известным преподавателем физики из Луганского медицинского университета Е.Г Петровым (скажем прямо - не последним человеком в Луганске),- очевидно, сходство характеров и «завзятость» в работе  сделали их большими друзьями.

     Л.Ф. Миронов, внесший значительный вклад в проектирование предприятий угольной промышленности Донбасса, а значит - вдохнувший, по-своему, жизни в эти шахты, до последнего дня своей жизни продолжал плодотворно трудиться в «Луганскгипрошахт», в угольной промышленности более пятидесяти лет.

« На Донецкой земле терриконы-

Сотни тонн пережженных пород, 

Окроплённые потом и кровью, 

Подпирают седой небосвод,

Они сильной шахтёрскою рукою

Были выданы нам «на- гора»,

Терриконы, мои терриконы,

Наступила прощанья пора»....

 

                        Юрий  Кукурекин, член Межрегионального союза писателей

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.