НА СТРАЖЕ

       Александр Акентьев


       НА СТРАЖЕ        

      Мы чтим подвиг своих предков, и знаем об их подвигах. В то же время трактовка истории той войны за океаном и в Европе имеет такое «своеобразие», что на первый план выдвигаются в общем-то второстепенные действия англо-американских союзников, роль же СССР замалчивается. Почему? Потому, что эта победа была одержана «неправильным» государством,  «неправильной» армией и «неправильным» народом во главе с «неправильным» руководителем. Сейчас вприпрыжку за ними старается поспевать и Украина. Не все у нее пока получается, но дело времени.  Ведь  история и её трактовка – это не скучная академическая дисциплина, а борьба за память, борьба за мозги.  А в годину развязывания новой мировой войны это – оружие.  И подобное искажение нашей памяти, к сожалению, не раз имело место. Информационные войны велись всегда.

   В статье я напомню о грандиозном событии, случившемся в августе 448 лет назад. Но спросите любого образованного человека: что он знает о битве, случившейся в 1572 году? И практически никто, кроме профессиональных историков, не сможет ответить вам ни слова. А тогда произошла величайшая битва, определившая будущее европейского континента, если не всей планеты, на много, много веков вперед. Почти двести тысяч человек сошлись в кровавой шестидневной битве, своим мужеством и самоотверженностью доказывая право на существование сразу многих народов. Больше ста тысяч человек заплатили своими жизнями за разрешение этого спора, и только благодаря победе наших предков ныне живем мы в том мире, который привыкли видеть вокруг. В этом сражении решалась не просто судьба Руси и стран Европы — речь шла о судьбе всей европейской цивилизации. Именно в нем наши предки сломали хребет тогдашнему гегемону. И именно после него началось освоение Луганщины.

                                    ЕВРОПЕЙСКИЙ МИР XVI ВЕКА.

    А что собой в XVI веке представлял европейский мир? Куча карликовых графств, королевств, постоянно враждующих друг с другом. Деревни, где феодал полный хозяин над душой и телом селянина, грязные города,  которые из-за дикой антисанитарии то и дело выкашивают эпидемии. Религиозные войны, виселицы вдоль дорог, варят в котлах фальшивомонетчиков, волокут  ведьм на костер: «Проси прощения, грешница», - ханжески сует  ей крест в лицо какой-то католический попик. При этом лучшие места для созерцания аутодафе раскупаются. Кажется, тогда Европа извела как ведьм своих  симпатичных женщин. Ну, а те, что остались, те остались – пройдите после Луганска по улицам европейских городов. И вдобавок страх, преследующий повсеместно. Боятся чертей, разбойников, гнева  Божия и начальства… Но особенно боятся турок (ну, как сегодня ИГИЛ).

    Османскую империю даже бессмысленно сопоставлять с описанными европейскими недогосударствами. Прекрасно обученные, дисциплинированные, отважные османские воины шаг за шагом теснили разрозненные, плохо вооруженные европейские формирования, осваивая для империи все новые и новые земли. К концу пятнадцатого века на европейском континенте им принадлежала Болгария, к началу XVI века — Греция и Сербия, к середине века граница отодвинулась до Вены, турки приняли под свою руку Венгрию, Молдавию, знаменитую Трансильванию, начали войну за Мальту, опустошили побережья Испании и Италии…  При одном упоминании о турках средневековых королей бросало в холодный пот, рыцари хватались за оружие и испуганно крутили головой, а младенцы в колыбелях начинали плакать и звать маму. Европейцы того времени посматривали на османов, как на неизбежный рок и предсказывали, что лет через сто весь обитаемый мир будет принадлежать турецкому султану.  Продвижение османов на север сдерживало пока лишь стремление османов в первую очередь овладеть куда более богатыми землями Азии, покорить древние страны Ближнего Востока. И, надо сказать, Османская империя добилась этого, раздвинув свои границы от Каспийского моря, Персии и Персидского залива и почти до самого Атлантического океана (западными землями империи являлся современный Алжир).
    А на другом краю Европы поднималась Русь. 16 век, время правления Ивана Грозного Вспомните, что нам рассказывали про него в школе – кровавый самодур, при котором Русь тряслась в ужасе? А что говорят факты? Как писал выдающийся исследователь древности Николай Петрович Аксаков: «Время Иоанна Грозного – есть Золотой век нашего Прошлого, когда получила свое наиполнейшее выражение, свойственная Духу русского народа, основная формула русской общности: Земле – сила мнения, Государству – сила власти». Отмечу лишь немногое: за время его правления на Руси введен суд присяжных, бесплатное начальное образование (церковные школы), местное выборное самоуправление вместо воевод, установлено равенство между всеми слоями населения, впервые появилась регулярная армия (и первая в мире военная форма – у стрельцов), остановлены набеги степняков. Никаких европейских дикостей вроде дворянского права на первую ночь, карать и миловать, или просто разъезжать с оружием, пугая простых граждан и затевая ссоры, не существовало. В те годы эмиграция населения из Европы превысила 30 000 семей (тем, кто селился вдоль Засечной черты, выплачивались подъемные 5 рублей на семью), рост благосостояния населения (и выплачиваемых налогов) за время царствования составил несколько тысяч (!) процентов, не было ни одного казненного без суда и следствия, общее число "репрессированных” за время царствования составило от трех, до четырех тысяч (а времена были лихие – вспомните Варфоломеевскую ночь), территория страны увеличена в несколько раз!

                                        РУСЬ В ОБОРОНЕ.

    Перманентным состоянием тогдашней Руси была война: ее южные и восточные рубежи постоянно теребили грабительскими набегами татары, западные границы беспокоили братья-славяне Литовского княжества, много веков оспаривавшие у Москвы право первенства на наследие Киевской Руси. В зависимости от ратных успехов, западная граница постоянно перемещалась то в одну, то в другую сторону, а восточных соседей то замиряли, то пытались задобрить подарками после очередного поражения. С юга лежало так называемое Дикое поле, где ныне расположена и наша Луганщина — южно-русские степи, совершенно обезлюдевшие в результате непрерывных набегов крымских татар.

Почти каждый год татарский конный вихрь врывался на  Русь, принося бесчисленные страдания людям и уводя десятки тысяч пленных - ясырей. Во время набегов татары двигались на север по трем основным шляхам - сакмам, которые, как правило, проходили вдоль рек, как бы лавируя между водными преградами, сводя к минимуму переправы и броды. Это были Муравский, Изюмский и Кальмиусский шлях.  Первые два проходили по территории нынешней Харьковской области, а Кальмиусский проходил через наши края по западному берегу Айдара.

   Но дело не в одних татарах, с которыми, собравшись, можно было справиться, а в том, что за ними стояла Блистательная Порта. Начиная с 1475 года в состав Османской империи входило Крымское ханство, крымский хан назначался и смещался султанским фирманом, приводил свои войска, либо начинал военные действия против кого-то из соседей по приказу из Стамбула; на Крымском полуострове находился султанский наместник, а в нескольких городах стояли турецкие гарнизоны. Кроме того, Казанское и Астраханское ханство считались находящимися под покровительством империи, как государства единоверцев, к тому же исправно поставляющие рабов для многочисленных боевых галер и рудников, а также наложниц для гаремов...
     Основная черта Ивана Грозного — это его маниакальная страсть к огнестрельному оружию. В русском войске впервые появляются отряды, вооруженные пищалями, — стрельцы, которые постепенно становятся костяком армии, отнимая это звание у поместной конницы. По всей стране возникают пушечные дворы, на которых отливают все новые и новые стволы, крепости перестраиваются под огненный бой — у них спрямляют стены, в башни устанавливают тюфяки и крупнокалиберные пищали.

    Первая задача, которая ставится перед набирающим силу войском — прекращение набегов со стороны Казанского ханства. При этом молодого царя не интересуют полумеры, он хочет прекратить набеги раз и навсегда, а для этого есть только один способ: покорить Казань и включить ее в состав Московского царства. И юный царь покоряет Казань. На стороне царя были и татарские воины, не желавшие подчиняться Стамбулу. Так что в сражениях 1551-52 гг. именнорусско-татарские войска взяли Казань, устраняя влияние Стамбула на Волге, и защищая мирных людей от разбойничьих набегов, освободили десятки тысяч рабов.  Прикрытие стрелецким отрядам обеспечивала конница Шиг-Алея. Султан отдал приказ крымскому хану оказать помощь казанцам, и тот, наскоро собрав 30 000 человек, двинулся на Русь. Но юный царь во главе 15 000 всадников ринулся навстречу и разгромил незваных гостей наголову.

   Потом следует присоединение  Астраханского ханства. Ища покровительства царя, на верность Москве добровольно присягает сибирский хан Едигер и черкесские князья. Северный Кавказ оказался также под властью царя. Нежданно-негаданно для всего мира — в том числе и для самой себя — Россия в считанные годы увеличилась в размерах более чем вдвое и оказалась лицом к лицу с огромной Османской империей. Это могло означать только одно: страшную, опустошительную войну.

                                   БИТВА НА МОЛОДЯХ.

     Османский султан прислал русскому царю письмо, в котором предложил на выбор: либо Россия предоставляет волжским разбойникам — Казани и Астрахани — прежнюю независимость, либо Иван IV присягает на верность Великолепной Порте, входя в состав Османской империи вместе с покоренными ханствами.  Иван Грозный, отвергает предложения султана. Положение серьезное. В XVI веке Османская империя, ослабив свой напор на других направлениях, могла вывести против Москвы раз в пять больше войск, нежели позволяла себе мобилизовать Россия. Одно только Крымское ханство, подданные которого не занимались ни ремеслом, ни земледелием, ни торговлей, было готово по приказу хана посадить на коней все свое мужское население и неоднократно ходило на Русь армиями в 100-150 тысяч человек. 

       Начинается долгая и кровопролитная война: татары регулярно рвутся в сторону Москвы, русские отгораживаются многосотверстовой Засечной Чертой из лесных буреломов, крепостей и земляных валов с вкопанными в них кольями.

     В 1569 году кровавая передышка, состоявшая из непрерывных набегов татарских орд, закончилась. У султана, наконец-то, нашлось время и для России. 17 000 отборных янычар, усиленных крымской и ногайской конницей, двинулись в сторону Астрахани. Однако поход провалился: туркам не удалось протащить с собой артиллерию, а воевать без пушек они не привыкли. Через год, в 1571 году, обходя русские крепости и сбивая малочисленные боярские заслоны, Девлет-Гирей довел до Москвы 100 000 всадников, поджег город и вернулся назад.

    1572 году уже сама Османская Империя решила пожаловать на Русь. Султан Селим II решил, что настала пора наложить лапу на русские земли, присоединить свободолюбивых соседей к своей империи. Ради этого были посланы на север 20 000 янычар — лучшей в мире пехоты XVI века, — и 200 орудий. Ради этого подняли в седло все мужское население Крыма. Устрашающая махина из 120 000 умелых воинов, настоящих профессионалов, покатилась на Россию. К Москве. В этот раз османы шли не грабить. Они шли покорять. Султан заранее разделил русское государство между своими мурзами, назначил наместников и министров, а крымским купцам выдал разрешение на беспошлинную торговлю на Волге. К концу 1572 года Россия, по мысли турок, должна были стать всего лишь одной из имперских провинций.

    27 июля крымско-турецкое войско подошло к Оке и стало переправляться через нее в двух местах — у деревни Дракино (выше Серпухова по течению) и у впадения в Оку реки Лопасни, у Сенькиного брода. Здесь держал оборону отряд из 200 «детей боярских» и никто из этих русских воинов не дрогнул перед накатывающейся лавиной, все они полегли в неравной битве с шестисоткратно превосходящим врагом… 29 июля османская рать подошла к деревне Молоди, в 45 километрах от Московского Кремля. Именно в этот день ее нагнал сзади передовой отряд боярина Дмитрия Хворостинина и вступил в схватку. Завоевателей настигло ужасающее открытие: русские находились сзади, перекрывая пути отхода! Османы оказались зажаты между неприступными стенами Москвы и русским пятидесятитысячным войском! Теперь, чтобы хоть куда-нибудь уйти, им оставалось одно: драться. Османская армия развернулась и атаковала русских — опрично-земскую армию под командованием князя Михайло Воротынского. Так началась одна из величайших битв в человеческой истории.

   Для незваных гостей речь шла уже не о покорении России, а о том, чтобы выбраться назад живыми. Войска Хворостинина между тем соорудили и так называемый гуляй-город - передвижное укрепление из толстых деревянных щитов. Из щелей между щитами по степной коннице ударили пушки, из прорубленных в бревенчатых стенках бойниц громыхнули пищали, поверх укрепления хлынул ливень стрел. Последующие два дня прошли в попытках спугнуть перегородивших дорогу русских — татары осыпали гуляй-город стрелами, ядрами, кидались на него в верховые атаки, надеясь прорваться в оставленные для прохода боярской конницы щели. Однако к третьему дню стало ясно, что русские скорее умрут на месте, чем позволят незваным гостям убраться восвояси. 2 августа Девлет-Гирей приказал своим воинам спешиться и атаковать русских вместе с янычарами. Татары прекрасно понимали, что на сей раз идут не грабить, а спасают свою шкуру, и дрались как бешенные собаки. Накал битвы достиг высочайшего напряжения. Доходило до того, что крымчане пытались разломать ненавистные щиты руками, а янычары грызли их зубами и рубили ятаганами. Но русские не собирались выпускать извечных грабителей на волю, дать им возможность отдышаться и вернуться снова. Кровь лилась весь день — но к вечеру гуляй-город продолжал все так же стоять на своем месте.
Итак, сеча продлилась до вечера 2 августа — полных пять дней! К концу битвы армия империи кончилась. Кончилась в прямом смысле — она была вырезана полностью. На поле брани остались все янычары, большинство татарских мурз, а также сын, внук и зять самого Девлет-Гирея. Множество высших сановников попало в плен. Хану с частью людей удалось удрать. Разными путями, раненые, нищие, перепуганные, в Крым смогли пробраться не больше 20 000 татар. Последствия этой эпохальной битвы историки сравнивали с Куликовской битвой и Бородинским сражением. Поволжье навсегда осталось за Русью, а угроз суверенитету страны со стороны Крыма можно было уже не ожидать – почти все мужское население страны погибло в битве при Молодях. Больше татары никогда не осмеливались совершать набеги в центр России. К тому же, Русь заслужила уважение всего мира – и даже Османской империи, держащей в страхе всю Европу. Османская империя удар вынесла, однако тяжкие потери вынудили ее отказаться от новых завоеваний. В Европе турецкие границы тоже остановились и больше уже никуда не двигались.

                                                             * * *

    Это было первое крупное поражение за всю историю Османской империи. Потеряв на русских границах почти 20 000 янычар и всю огромную армию своего сателлита, Великолепная Порта отказалась от надежд завоевать Россию. Огромное значение имела победа русского оружия и для Европы, где был ослаблен турецкий натиск. А на юге Руси в следующие годы  ставились крепостицы: Воронеж, Курск, Оскол, Белгород, Валуйки.  Начали осваиваться земли Харьковщины и Луганщины, где значительную роль сыграл окольничий Бельский. Да и на землях Украины, в то время польской провинции, вздохнули полегче от бывших постоянным бичом набегов крымских татар.

Александр Акентьев

В статье использованы материалы из работ А.Прозорова, В.Каргалова и др.

Газета "XXI век"

 

 

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.