КАКОЙ БУДЕТ ЛИТЕРАТУРА?

КАКОЙ БУДЕТ РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА?

ч.1. Художественная литература: исторический экскурс.

 

         "Фикшн" или  фикция?

         Для прогноза, какой будет литература в России через пять или десять лет, изначально надо определиться с тем, что вообще следует считать литературой. Издательский рынок, - что это за феномен?

         Полагаю, следует провести водораздел между художественной литературой и остальными книгами. Это означает, что модные и многочисленные сегодня книги по прикладной психологии, строительству дома, компьютерной грамотности и туризму - это особая, специализированная литература, развивающаяся по своим собственным законам, не имеющим отношения к художественной прозе. Так же, как и многочисленные журналы, посвященные  фитнессу, кулинарии,  биографиям звезд, саду и огороду, охоте и рыбалке, и.т.п, не являются журналистикой.

         Рынок "прикладной литературы" развивается быстрыми темпами, и подчиняется законам издательского бизнеса. Здесь огромную роль играет форма, превалирующая над содержанием: иллюстрации, качество бумаги, обложка, структура и оформление текстовых блоков.

         Предметом нашей статьи является литература художественная, то есть, проза, относящаяся к сфере искусства, которая, подобно живописи,  обладает понятием художественного образа. Для художественной литературы содержание всегда на первом месте по отношению к форме.

         Однако, сегодня появилось  целое направление,  именуемое литературой нон-фикшн. Она развивается на стыке информационного материала (например, исторические, биографические факты) и художественной стилистики, которая упрощает восприятие информации.  Это беллетристика. Ее рынок активно развивается. Эпистолярная, биографическая, мемуарная литература. Но чаще всего под литературой нон-фикшн, как правило, подразумеваются политические и исторические расследования, и это направление близкое,  с одной стороны,  к публицистике, с другой стороны, к науке.

         Этот сектор издательского рынка представляет собой торговлю информацией. Книги нон-фикшн пишутся простым, фактически, разговорным языком, а могут быть созданы на достаточно сложных научных формулировках, требующих медленного вчитывания. Однако, в любом случае, очевидно, что авторы этих книг не создают эмоционально завершенного (определение  понятия  "художественность" по Гегелю, см. его "Эстетику") и зрительно воспринимаемого образа. Провести прямую аналогию с живописной картиной не удастся.          В этом-то главное отличие художественной прозы от прозы любо другой.

         Но художественный образ "в чистом виде", если автор не слишком известен, издателю продать не так-то просто. Да и стать художником слова под силу не каждому автору. Можно тоннами писать "художку", как во времена соцзаказа, но художником слова так и не стать. Сегодня "художка", этот издательский жаргон, означает литературу "фикшн", в переводе на русский - "литературу, построенную на вымысле". Но ведь понятие "вымысла" отнюдь  не синоним "живописности"! Это важно понимать для нынешнего рынка, где смешались понятия с изначально разным содержанием, где много "фикшн", но мало подлинной "художки".

         Именно потому, что речь должна вестись о фикшн- литературе, а не о литературе подлинно художественной, огромную роль играет реклама, а сами книги стараются издавать сериями, где автор получает "суперобложку", которая говорит о том, для какой социальной группы создана эта серия книг, каков ее жанр. Литературоведческие жанры: рассказ, повесть, роман, - теперь "перекрывают" издательские супер-обложечные, близкие к кинобизнесу, тренды: расследование, криминальная история, приключенческий триллер, политический детектив, социальная драма, мелодрама, фэнтази.

         Но вообще, торговля информацией приносит более предсказуемую прибыль, чем художественными образами. Неудивительно, что активно развиваются научно-популярная и околонаучная литература, от  глобальных экономических доктрин до "паранаучной" магии чисел.

         Информационный рынок не будет в ближайшее время сворачиваться по одной простой причине: вся литература, которая соответствует  понятию "знание" (даже если оно недостоверно)  требует медленного и вдумчивого прочтения. Электронные книги здесь служат плохим подспорьем, попробуйте  какой-нибудь учебник почитать с экрана электронной "читалки" или даже компьютера!

         Революции в словесности

         Приход "электронной" революции в России нельзя игнорировать, возможность читать книги с экрана не могла не отразиться на специфике книжного рынка. Что же это, революция формы или содержания? Как электронные книги отразятся на жанровой эволюции? Какие жанры в художественной прозе буду умирать, а какие, напротив, появятся?

         Феномен электронной революции нельзя недооценивать: впервые за многие столетия слово переводится в виртуальный формат. Это означает, что художественное слово не имеет под собой физического носителя! Да, электронную книгу всегда можно распечатать, но изначально она пишется так, что для нее нужен компьютерный экран, а не бумага. Чем интернет-журналистика отличается от журналистики газетной и журнальной? Прежде всего, простотой подачи информации. Держатели сайтов электронных газет убеждают: самые популярные в прочтении становятся материалы  объемом в одни "скрин", т.е. помещающиеся на одном компьютерном экране.  Надо ли к этому добавлять, что и длина фраз, и формулировка мыслей при этом делаются как можно короче и проще? Аналитические жанры таких требований не выдерживают: интернет - журналистика не приветствует статью и очерк, но держится за репортаж и заметку, а также, новостные видео - ролики. Так проявляет себя психология восприятия текста с экрана. Эти законы человеческой психики справедливы и для восприятия художественной прозы с экрана электронной "читалки".

         Восприятие, как мы знаем, - первая стадия такого познавательного процесса, как мышление. Ограничивая свое восприятия, мы, невольно, ограничиваем и свое мышление. Экран электронной "читалки" заставляет человека мыслить упрощенно, черно- белыми категориями? Знакомый парень, далеко не подросток, однажды сказал мне, что людей привык разделять на "своих" и "чужих", а других нюансов в характере он не видит, и философская категория "смысла жизни" для него - непонятное словосочетание. Книги он читает лишь на электронных носителях, предпочитая жанр "фэнтази", а в кино хорошо понимает лишь американские комедии и "фантастику о космосе". Для этого мальчика с седыми волосами электронная читалка - не просто удобный  способ разгрузить квартиру от "художественной макулатуры", он верит в свою благородную миссию для Планеты, ведь электронная "читалка" "спасает сотни деревьев от перевода на целлюлозу". Интересно, а в чем его может быть благородная миссия для человеческого общества?

         Книжный рынок сегодня разделился на два пласта, - тот, что подлежит переводу на электронный носитель, и тот, что этому переводу не подлежит. Активно переводят на электронные носители книги, которые не "завязаны" на ярком, богато иллюстрированном дизайне, и которые не требуют длительного и медленного вчитывания. Многие простенькие художественные произведения получают свою электронную версию. Сложнее дело обстоит с научной литературой - ее трудно воспринимать с экрана. Детский рынок книг также не уходит в электронный формат, это связано с дизайном, школьные книги относятся к сектору иллюстрируемых книг.

         Однако, многие читатели сами стремятся находить книги на электронных носителях, это быстрее и проще, и денег не стоит (если брать текст из интернета). На электронных носителях прежде всего  приобретают книги, которые изначально ставятся в категорию "однодневок"- прочел и выбросил. Для этих книг, будь они в "бумажном виде" не нашлось бы места в шкафу. Это - сектор беллетристики, которая не подлежит перечитыванию.  Художественная проза, переводящаяся в электронный формат, предполагает, что ты будешь работать с текстом быстро, выборочно и поверхностно.

         Но всех это пугает, особенно, если "это нам задавали, и надо сдавать на зачете". Стараются найти в электронном виде даже четырехтомную "Войну и мир" Л.Толстого, - "чтобы лишних сил  и времени на бумажную книгу не терять". Но для многих подобное кажется абсурдом, ведь электронная книга предполагает принципиально иную, нежели чтение с бумаги, психологию восприятия текста. В электронном виде половина художественных образов проходит мимо тебя. Глубинные особенности человеческого характера, поведенческие нюансы и детали обстановки останутся не замеченными, с электронного экрана глаз выхватит только информацию, сюжет, логику событий, друзей и врагов, за что боремся, что не поделили, суть конфликта, способы его разрешения и чем все кончилось в итоге. Жанр узнаете? Детектив, приключенческая повесть. Роман, то есть, жанр о развития  человеческой личности под гнетом обстоятельств, - так не пишут!.

         Но и до прихода электронных "читалок" в Россию наши писатели так упростили художественный образ, что бумага им стала уже не нужна. Сегодня писатель сильно "завязан" на количество своих произведений, вынужден ориентироваться на понятие "книжной серии". Поэтому многие стремятся писать не столько хорошо, сколько - быстро.

         Электронную  революцию можно было бы сравнить с двумя другими, значимыми для словесности. Оговоримся, что под словесностью мы подразумеваем человеческую речь, переведенную на физический носитель: пергамент летописи или бумагу. Сегодня художественное слово, приобретающее виртуальный формат, так же сложно будет анализировать, как фольклор, - устное народное творчество. Там, где нет носителя, вопросы бесконечны, от датировки произведения, продолжая понятиями "автор", "черновик", "окончательный вариант произведения". Жанры фольклора, не имеющие под собой бумажного носителя, ограничивали художественные возможности словесного образа человеческой памятью. Электронная революция поставила новые ограничения: размер текста, помещающийся на экране. Но революция ли это, а не инволюция для художественного образа?

         Словесность на Руси, согласно академической науке,  начинается с появлением летописания. Фольклор, не имеющий под собой письменных носителей, не обладает, соответственно, материалом, который можно анализировать на классическом инструментарии работы с текстами. Носитель художественного слова играет огромную роль и для жанровой эволюции и для научного анализа. Основой для русской письменности, как мы знаем, стала славянская азбука, созданная знаменитейшими жителями города Салоники,  Кириллом и Мефодием.

         Главной революцией в области словесности (в мировом масштабе)  мы считаем появление печатного станка немецкого изобретателя XV века Иоганна Гуттенберга.  Именно этот печатный станок позволил устную мысль и словесную метафору зафиксировать на бумаге. Однако, во времена средневековья, тиражирование текстов находилось под строгим церковным контролем. Книгопечатное слово сакральных книг выступало во многом антагонистом (если говорить о природе метафоры и эпитета) народному фольклорному творчеству.

.....

Автор становится писателем

    В период правления Петра Первого все поменялось. Наступает время активных экспериментов как с формой, так и с содержанием текста. Именно в это время появляется авторская в полном смысле этого слова, литература, когда словесник уже гордо может о себе сказать: "мое произведение абсолютно уникально,  материал был увиден моими глазами,  и оформлен в художественный образ моим интеллектом. Ничего общего моя повесть с произведениями других словесников не имеет". И это - начало  подлинно художественной литературы в современном понимании слова. Уникальность, неповторимость художественного образа - один из ведущих критериев художественной прозы. И у такой прозы уже есть писатель, - человек творческого склада ума, тонко чувствующий возможности письменной речи.

         Эмоциональное наполнение художественного образа зависит от личности писателя: он пишет не рукой, а всей своей нервной системой. Личный опыт, ценностные установки, мировоззрение, интеллект и чувства - определяют тональность произведения. Чтобы подчеркнуть наш тезис об уникальности художественного образа, который зависит не столько от материала, сколько от личности писателя, вспомним первые "производственные романы" в советской России. Один и тот же фактический материал, - гигантская индустриальная стройка на Урале, Магнитогорского металлургического комбината стала основой для двух, совершенно не похожих  произведений: "киносценарного" иронично-памфлетного романа-хроники В.Катаева "Время, вперед!" и социального  глубоко психологического романа "Люди из захолустья" А.Малышкина.

         Массовая читательская аудитория, появившаяся у читателей эпохи "Прорубания окна в Европу" не может не отразиться на литературных жанрах, именно тогда они и складываются в привычных нам понятиях: рассказ, повесть, поэма, театральная драма.  Появляется самостоятельный  мир художественных образов, параллельный реальному. Авторский вымысел  начинает доминировать над прочими характеристиками текста. Материал действительности перерабатывается в эмоционально чувственный художественный образ, который приобретает независимость от реалистичной основы, вплоть до полной неузнаваемости по отношению к "фактуре".

         Развиваются средства художественной выразительности: метафоры, риторические фигуры, тропы. Складываются три современных стиля художественной прозы, - повествование, описание, размышление. У каждого из стилей - свой инструментарий. Отсюда же берут начало разные жанры художественной  прозы. Повествование основано на событийном ряду. Описание - представляет собой статичное, изображение какого-то предмета,  вещи, человека, или пространства. Размышление - это уже стиль аналитики, желание выстроить причинно-следственные связи между разными фактами и событиями, оценка, комментарий.

          Эти три художественных стиля легли в основу всех жанров, от рассказа до романа. Инструментарий для создания  художественного образа стал разнообразным и завершенным. Появился алгоритм: как писать. Но закономерен вопрос: а зачем? Итак, теперь возникает вопрос, а какие же задачи перед собой ставили художники слова?

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.