Ромашка и шмель (Сказка для взрослых)

Надежда Гонтаренко
Ромашка и шмель

(Сказка для взрослых)

Вдыхала радость бытия ромашка средь травы, и, упиваясь летним днём, вокруг всем улыбалась. Покой её нарушил шмель. Увидев нежность лепестков, вокруг стал увиваться. Жужжал, жужжал, что восхищён, и что его жужжанье и есть та песнь любви, которую она ещё не знала. И всякий раз жужжал ей шмель, что переполнен он к ней страстью и любовью. Садясь на нежный лепесток, в прикосновении своём, он, вроде б невзначай, махровой лапкою пыльцу с него сметал. В плену его напевов она всё шире раскрывалась, и из бутона превращалась в прекраснейший цветок. Чистейшей белизной своей предстала, наконец, перед ним во всей красе. А с каждой песнею его она всё ярче и нежней светилась, и в неге золотистой сердцевиной, в лучах зари играя, сапфирами росы искрилась, и наполнялась в изумленье ароматом. И думала она, что рождена для счастья, и для той любви, что, восхищая, возрождает и управляет всем на свете.
И, пролетая над цветами, жужжа, в стремлении своём, шмель, опускаясь к стебельку, так пылко и настойчиво всё уговаривал ромашку позволить прикоснуться к ней, к её целебному нектару, и разделить с ним страсть свою, хмельную. В плену чарующих напевов ромашка до головокруженья качала скромно головой. О, как всего она боялась…. Ромашка юною была – огонь любви ей был неведом, но сладострастьем он манил, а песни шмеля так её пьянили.
Но, вот, однажды шмель сказал, что может он её покинуть, коль будет неуступчивой она; что полетит на тот цветок, который распустился пышно, и аромат его – куда сильней и слаще. К тому же, тот цветок готов с огромной радостью раскрыть все лепестки ему навстречу, и напоить своим чудеснейшим нектаром…
Не упустить бы сладкое мгновенье! Тотчас ромашка вдруг дала согласие в любви той страстной слиться, и под венец пошла с красавцем-искусителем шмелём.
Шмель возгордился быстрою победой. Доволен был, что покорил столь нежное создание. Привык блистать он перед всеми и всех в округе удивлять напевами жужжанья. Во всей окрестности цветы ему себя дарили, нектаром опьяняющим поили.
А, обладая над ромашкой властью, красавец-шмель не крыльями её ласкал, а день за днём – он лапками колючими её терзал, и ранил лепестки её. А ей – наивной, всё казалось, что сила страсти такова в любви горячей к ней шмеля.
Но время шло неумолимо, и, вот, от страсти таковой ромашка красоту свою так незаметно растеряла.… И лепестки её, атласно-белые, увы, уже давно изранены, и потеряли целомудренную чистоту и яркость. Ромашка, увядая день за днём, опустошённая и удручённая душой, до боли в сердце, и себя не узнавая, спросила со слезами шмеля:
– Так в чём же счастье для меня, когда сама – я, всем существом своим, тебе отдавшись, взамен не получаю нежных чувств, твоих, и чуткого вниманья? И где же, радость от любви? Где прежние мелодии всех песен радостных и нежных, что ты мне пел когда-то под утро, раннее, весны?
Но шмель – что мог он ей сказать? – не задавался мыслью сделать хоть кого-то, хоть на миг, счастливым, к тому же, на такой большой поляне цвело так много и других прекраснейших цветов…
Покинув бедную ромашку, в уныньи и печали, он продолжал жужжать мелодии любви. И вновь, и вновь он соблазнял теперь другие, так восхитительно-прекрасные, цветы. И счастлив был лишь тем мгновеньем, когда, нектар ему дарили.

На вершине счастья

В сказках, а иногда и в жизни говорят:
– Они прожили долго и счастливо.
Но в любви ли? Взаимной ли? А ещё говорят, что в любви больше страдания, чем счастья. И та ли это любовь, ради которой готов на самопожертвование? Почти все любовные истории так коротки. Но сила чувств и поступки влюбленных могут храниться в памяти людей в поэзии и прозе – как образцы истинной духовной радости и счастья. И мы верим в то, что любовь есть, существует и надеемся сами её пережить.
Людмила находилась в разводе с мужем и жила с малышом у матери. Своё будущее она никак не представляла – в душе поселились пустота и разочарование. В таком состоянии духа она уже ничего хорошего от жизни не ждала.
Подруга отмечала свой день рождения в ресторане. Люду пригласили на танец, затем, познакомились и разговорились. Весь вечер ОН держал в своих горячих ладонях её руку. Соприкасаясь в танце, они оба почувствовали движение своих чувств. Он оказался иностранцем, в командировке. Участвовал в стройке газопровода «Дружба» для Германии. Завязалась дружба. Вольфганг вел себя так, что, по сути, превратился в того принца, которого тайно ждёт каждая женщина. Белокурый с голубыми, словно озёро, глазами, уверенный и открытый, он вошел в ее сердце с первого взгляда, как говорят в таких случаях. Расставаясь, обменялись адресами. Воспоминание о встрече вызывало жгучее желание, да, нет, жажду увидеться вновь. Но телеграмма всё же, оказалась для неё неожиданностью: «Жду тебя в ресторане «Шипка» в 16.00». Но с работы она пришла в 21.00. Найдя телеграмму, предчувствуя, что встреча срывается, поехала, уже и, не надеясь, что увидит его. Но он был там, и ещё семь немцев сидели с ним. Курьёз был и с ним. В 17.00 он приехал к ней домой. Дверь открыл молодой человек, и он решил, что Людмила уже не одна. Но судьба их свела. Ей он говорил:
– Я, дурак. – Или таксист не туда привёз, или адрес, видно, перепутал.
Вольфганг дал понять, что он ждёт от неё приглашение к себе в гости. Едва ли не с порога он попросил у матери Людмилы разрешения на брак с её дочерью. Сколько было радости. В дом он вошёл, как родной, занимался с малышом, как со своим сыном. Летом Люда должна была уехать с ним в Германию, и они решили оформить брак. По этому случаю, Люда пригласила подругу с её парнем, и все четверо отправились в ресторан отметить событие.
После ресторана мужчины предложили пройтись пешком. Была тёплая, южная ночь, наполненная ароматами цветущих деревьев и кустарников, и мерцанием далёких звезд. Все были навеселе, шли, смеясь, от шуток, счастливые и влюбленные.
Рухнула же идиллия в одно мгновение. Мчавшийся навстречу, на большой скорости, КАМАЗ влетел на тротуар. Вольфганг погиб мгновенно. Под колесом оказался и любимый подруги. Людмилу автомобилем отбросило в противоположную сторону дороги. Её спасают врачи.
Потрясенная смертью любимого, Людмила потеряла рассудок, и стала инвалидом. Подруга, пережив шок, умерла от сердечного приступа. Ну, а её любимый ныне калека. Все четверо были на вершине своего счастья. Они любили. Люда и сейчас говорит:
– Он умел любить, любил, и с любовью остался, … но на небесах...
В жизнь Людмилы более никто не вторгался, да и, понятно, почему. Все, кто узнавал о её состоянии здоровья, её сторонились. Больная, она стала ещё и отверженной. Несчастный случай отнял у неё всё, оставив ей детскую наивность и ощущение мира, в котором ЛЮБОВЬ стала вечной.

Попутчицы

В вагоне электрички было, отнюдь, не многолюдно. На одной скамье сидели две женщины: пенсионерка и студентка. А напротив села запыхавшаяся молодая женщина. Она тут же сообщила попутчицам, что не успела взять билет, боялась опоздать на электричку. Когда электропоезд тронулся, откуда ни возьмись, – появился контролёр. Начались объяснения, пререкания.… А когда контролер назвал сумму штрафа, все возмутились, пенсионерка – особенно. Ведь штраф превышал стоимость билета в пять раз. Обсуждение происшествия привело к доверительным отношениям между пассажирками. А так как ехать предстояло около двух часов, женщины, коротая время, разговорились. Вдова-пенсионерка с горечью сообщила, что знай, она, как скоро уйдёт из жизни её любимый супруг, иначе бы вела себя в своём отношении к нему. И, конечно же, многое ему простила бы.
– Наверное, вы были с ним очень счастливы? – спросила молодая женщина.
– Всякое бывало, – смутилась пенсионерка, – Поженились мы по любви, пошли дети. Я, конечно, вся в домашних хлопотах, а мой Серёженька трудно к этому привыкал. Когда я узнала, что у него появилась другая женщина, виду не показала. Надо же было детей растить, а одна – я бы их не подняла.
– А как же тогда женская гордость, самолюбие, ревность, в конце концов? – удивилась студентка.
– Конечно, болело сердце, себя было жалко, но ревность глубоко прятала. Если бы я устраивала скандалы, он бы ушёл, а я его любила и потерять не хотела.
– Выходит, Вы его измены из-за детей терпели? – с изумлением воскликнула молодая женщина.
– А я, вот, не простила. Я считаю, что в браке люди должны быть верны друг другу. Верность – это и есть любовь. Когда люди доверяют свои судьбы друг другу, они должны друг другу принадлежать. Недаром при венчании в церкви спрашивают: «Готов ли ты, раб Божий, быть верным мужем своей нареченной, и, до конца дней своих, разделить с ней свою судьбу и в горе и в радости?»
– Вы, такая красивая женщина, – и развелись? – спросила с нотой огорчения в голосе студентка.
– Да, я сама подала на развод, как только узнала, что он мне изменил. Я выходила замуж по любви, и он был у меня первым мужчиной. Я думала, что, подарив ему свою невинность, стану для него самой драгоценной.… Разошлась, пока нет ребёнка.
– А вы его сильно любили? – пристально глядя в глаза собеседнице, снова спросила студентка.
– Очень! Первое чувство, оно как наваждение. Я была счастлива. Свадьба, зависть подруг. Ведь он красавец, а стал моим. Но воспринимать его после близости с другой женщиной я не смогла.
– И сколько же вы прожили вместе? – с едва скрываемой иронией, поинтересовалась пенсионерка.
– Сейчас мне двадцать четыре, а разлад пошел через два года со дня свадьбы. – По всей видимости, молодая женщина не обратила внимания ни на тон голоса пенсионерки, ни на скептический взгляд студентки.
– Вы молоденькая, видная, одинокой не будете. Выходит, что любовь-то разная бывает, – вздохнула пенсионерка. – Я, вот, много от своего натерпелась, а всё равно прощала.
– Это потому, что он всё же вас не бросал, не уходил совсем, а так, погуливал. Да и время ваше, в смысле морали, было другое. – С сочувствием в голосе произнесла студентка.
– Да, оставить семью считалось зазорным. Да и развод в те времена был слишком тяжелой процедурой. Сразу партком подключался, важным считалось общественное мнение на работе. А одной любовью сыт – не будешь.
– Значит, единственной верной любви всё-таки не бывает? – саркастически заметила молодая женщина.
– Бывает. – Не согласилась пенсионерка. – Но её надо выстрадать, завоевать и уметь сберечь. И здесь готовых рецептов нет. Каждый сам отвечает за свое счастье.
– По-вашему, мужчинам всё дозволено, а нам – нет?! Я мужу не изменяла, и я – женщина гордая. – Выпалила в сердцах «гордячка». – Кстати, он живёт сейчас с бабой сорока лет, у которой двое детей!? ... – Представляете?!
– Видно, она ему дала то, чего вы не смогли дать ему. – Старушка как-то сокрушённо вздохнула, по-видимому, не надеясь на понимание молодой соседки, явно снедаемой досадой, гонором, и, кажется, ревностью, соперничеством, и, по всей вероятности, едва скрываемой завистью. Она покачала головой, мол, что тут можно сказать…
–Трудно понять, чего мужикам надо! – Вдруг выпалила студентка. – Моя подруга замуж вышла по великой любви. Как он добивался её! … Дружили два года! Она такая классная девочка – нежная, спокойная, на одни пятерки училась. В Сашке души не чаяла. Столько было романтики! … И вдруг обнаруживается, что заразилась венерической болезнью… По Сашке незаметно, а её стало беспокоить. Она и пошла к врачу. Новость – как обухом по голове! Стала она спрашивать ненаглядного, – от кого он «подцепил» такую гадость и её заразил. А он всю вину свалил на неё. Представляете?! … Мало этого, так ещё и все его родные подключились, – стали её унижать, обвинять, мол, это она, такая-сякая, «по мужикам таскается»…. От такого потрясения она чуть с ума не сошла. Кончилась любовь.… Разошлись… Жалко её. Мы с ней подруги, – я точно знаю, она так любила своего Сашку, что и в мыслях у неё не было ему изменять. Для неё это такая трагедия!…
– Вот и спросишь, а он-то любил её? – Возмутилась молодая женщина. – Я так, теперь, просто боюсь мужчин. Не модно сейчас, видишь ли, под руку ходить. Познакомились – и сразу в постель. Вроде на доверии строятся отношения, а доверишься – пострадаешь. То – заразишься, то – используют тебя временно, чтобы, как теперь говорят, «развлечься», или ещё «круче» – «оторваться по полной программе», а то свою злость или тоску утолит и бросит. И, как узнаешь, какова его любовь, надолго ли?! А сердце рвать в любовных играх, да в интрижках не хочется.
Женщины замолчали, задумались о женском счастье, хрупком, как хрустальный бокал. Его разбиваем: то – сами, то – любимый, то – случай. Или – судьба? За разговором и не заметили, как доехали. Выйдя из электрички, каждая из собеседниц ушла в свою жизнь. Кто в одиночество, кто в тоску, а кто в ожидание чуда.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.