Мы - не пыль на ветру...

АЛЕКСАНДР ШТЫКА. "Мы – не пыль на ветру …".
Историческое повествование о Великой войне 1914 - 1918 г.г
"Нет выше той любви, ежели кто душу
 Положит за други своя…"


Штыка Александр Терентьевич свою творческую жизнь начал после выхода в запас из вооружённых сил СССР. Первые его работы - это исторические монографии о историческом развитии этноса – казачества. Тема казачества его тронула тем, что он является прямым потомком кубанских казаков в 10-м поколении. Которые ещё 1793 году вышли из Сечи Запорожской и поселились на Кубани - земле дарованной Верным казакам Запорожским за верность и веру. Ещё будучи студентом Уральского университета мечтал изучить историю казаков России и написать о них книгу. Материалов о казачестве было мало, особенно о раннем периоде 16-17 г.г. и только в начале 90 годов ХХ века появилась возможность найти в архивах и библиотеках некоторые источники, касающиеся возрождения казачества. В России стали издаваться архивы и документы казачьей диаспоры во Франции, Германии, США, Канаде и так далее…
Изучая архивы, воспоминания и рассказы очевидцев, автор написал такие исторические монографии как «Cказание о казаках», "Донец Сиверский - река казачья", " Через тернии к славе’’, а также сборник стихотворений "Не забыта слава боевая”.
Своё художественно–хроникальное повествование "Мы не пыль на ветру" он решил посвятить героическому подвигу русской армии и казачества в защите веры православной, царя и Отечества в Великой войне 1914-1918 годов в связи с её 100-летним юбилеем. Так как события первой мировой войны очень слабо представлены в литературе советского периода, он решил попытаться создать что-то такое ,что могло бы быть основой изучения быта, традиций, обычаев и подвигов казаков, а самое главное - это их принадлежность – Родину защищать.
Героическое прошлое нашего народа тесно связано с защитой отечества от посягательства на его свободу и независимость различного рода агрессоров. Главную роль в этом сыграло российское казачество. Именно этот народ впитавший в себя с молоком матери всю ответственность за судьбы своего отечества .
 * * * * * * * * * * * * * * * * * *

МЫ - НЕ ПЫЛЬ НА ВЕТРУ….

Тройка добротных рысаков, запряжённых в лёгкую бричку, мчалась через поле на хутор Скороходов, где с давних времен стояло имение местного помещика Степана Игнатьевича Бугуты - отставного поручика лейб-гвардии его императорского величества Драгунского полка. Это поместье и еще двести душ крепостных в придачу получил за верную службу
от Государыни Императрицы Екатерины Алексеевны прадед Степана Игнатьевича - сотник Летучего отряда верных запорожцев Бугута за храбрость и овладение турецким знаменем в бою при Кинбурне и закреплении русского знамени на башне крепости Хаджи- бей в бою в 1789 году. За неимоверную храбрость в этом бою он попал под великую руку князя Григория Потёмкина, который не забыл храброго драгуна и ввёл его в высший свет, определив в дворянское сословие с предоставлением имения и крепостных в Малороссии и произвёл в есаулы своего собственного конвоя.
После ликвидации Сечи Екатериной II в 1793 году он закончил службу и вышел на льготу, где занялся своим хозяйством в дарованном Катериною поместье, в хуторе Скороходовом Талалаевского уезда Черниговской губернии.
Его сын Герасим был направлен в службу в Ахтырский Гусарский полк, из которого и вышел в отставку в чине поручика в 1816 году. В этом же году он женился на дочери польского графа Листницкого Кристине и убыл в Варшаву где и проживал в имении тестя.
Другой сын Семёна Михайловича, Игнатий участвовал в Отечественной войне 1812 года. В чине корнета Ахтырского гусарского полка храбро воевал под руководством самого Дениса Давыдова. После выхода в отставку он поселился в отцовском имении, но всё свое время пребывал в Петербурге в доме фрейлины Вырубовой на Васильевском острове и часто бывал при дворе государя императора.
Тройка минула рощицу и мчалась по лугу, где косили молодую траву. Вдоль полевой дороги росли дикие фруктовые сады. Сады в этих местах были огромные и плодородные. Откинувшись на сидении брички, дремал младший Бугута - Григорий Игнатьевич. Это его встречал на тройке отцовский кучер Алексей Сердюк на станции Талалаевка. Григорий направлялся на отдых в отцовское имение. Будучи студентом юридического факультета Киевского университета, он стал участником студенческих волнений в Киеве и попал «на крючок» полиции, - как раз в это время продолжались стычки рабочих с полицией.
В деревнях местные крестьяне громили панские дворцы и имения. В силу входили марксистские кружки и партийные организации. После разгрома баррикад на Пресне в Москве и на Арсенале в Киеве и в других городах над революционно настроенной массой студенчества нависла опасность; вот сын Бугуты и уходил от неё подальше в отцовское имение. До поры…
Тройка резво мчала по пыльной дороге Алексей сидел на козлах кучера, то и дело взмахивал и щёлкал арапником., и кричал ; - Но, но вороные! Эге-гей!
Белоголовый жеребец потянул в сторону
- А ну не балуй! Не балуй сказал! - и вытянул по спине жеребца плетью. Кони пошли ровнее.
Бричка покачиваясь на рессорах, катила по укатанной дороге, а вокруг была такая дивная красота, что и глаз не отвести. Пролетев через мостик, выскочили на косогор. Внизу блестела голубой лентой речка Удянка, а на её левом берегу раскинулся во всю ширь зеленый луг, усыпанный разными цветами и как ковром укрывал всю речную пойму и ещё от дождя не высохшую степь.
Алексей радостно катил по пыльной дороге, подпрыгивая на козлах то и дело свистел и щелкал арапником покрикивал: - Но, вороные! Эге-гей! – Белан. не балуй ! Кому сказал, и потянул коня вдоль спины. Коренной жеребец Белан иногда позволял себе вольности в упряжке и за это получал от кучера плётки, хотя Алексей редко наказывал лошадей, но все же приходилось …Кони пошли резвее. Бричка покачивалась на стальных рессорах и катила по поросшей спорышом дороге. Вокруг раскинулась такая дивная красота, что и глаз не отвести. Перевалив через бугор, бричка покатила по ровной дороге, потом опять бугор и выехала на мостик через речушку Удянку. вода в которой была холодной даже в самую жару лета. Была она мелкая, но имела и ямы в, которых водились огромные сомы. Рыбу в ней ловили по весне в период разлива, а летом рыбалили в ставках, которых было здесь в округе многое множество. На противоположном берегу раскинулся огромный зелёный луг, где всегда паслись коровы. и кони, а теперь косари косили сено. Девки и бабы хуторские переворачивали подсохшие валки, а потом, когда они высыхали, сгребали в копёшки, которые потом превратятся в огромные стога сена. Так делали все в хуторе каждый год. Высоко в небе пел жаворонок. расплескивая свои трели по округе. И эту тишину летнего дня не прерывала даже льющаяся по леваде и по реке старая казачья песня:
«Ой у лузi, лузi червона калина….» … Дремавший на бричке Григорий, проснулся от звенящего мотива и потянувшись во всю свою мощь, прокричал: Красота –то какая.! Лёха, да ты только посмотри.
-Да, барин красота неописуемая. – сказал Алексей.- Дуже красиво.
- Ну а дела у тебя как? Kак отучился? Гляжу работать стал.-
- Да нормально все. Нынешней весной закончил и за отличие получил от отца Герасима подарок - колоду карт. Хочется теперь в гимназию, но тут как барин скажет.
- Хорошо, я поговорю с отцом
- Спасибо, барин. А батько ваш –добрая душа, на работу вот взял. Дай Господи ему здравия. Вот до осени поезжу. а там видно будет. Учиться хочу в гимназии. Так я крипак –же.
-Какой крипак?.Лёха! Ты что? Крепостное право у нас отменено ещё в 1861 годуа ты крипак. Да все сейчас свободные и родители твои и ты. И работаете у батька моего как вольные работники. Он ведь платит за работу или нет?
-Конечно платит.
-Ну вот!
- Ты бы вот что? - Уезжать тебе надо отсюда, а то неровен час -на каторгу загремишь.
- А с какого перепугу? Я ж ничего не зробыв.
-Да не скажи! Тут только за твоё общение со мной можно схлопотать. У меня нелады с властями. Но то я - .а то ты? Кто тебе поможет? Я там в кружке марксистском состоя, да на разных митингах и демонстрациях участвовал. Полиция нас выследила Начались аресты. Вот я и рванул сюда - авось проскочу. Так что давай, коли есть куда, уезжай пока не поздно. Меня-то отец отмажет, а тебя кто?
-Есть у меня на Кубани дядько – батьков брат Макар. Он в Армавире в ДЭПО мастером робит. Может туда ?
- А что? Это было бы здорово. Уедешь и мне будет проще скрываться. Я тебе и денег дам и еще чего-нибудь. Давай .не бойся, а родителям твоим поможем.
Они вдруг переменили тему разговора. Григорий спрашивал, как обстоят дела в хуторе. Чем занимаются парни и девки.? Как реагируют хуторяне на прошедшие кровавые события в Петербурге?
- А чем им вообще заниматься ? Целыми днями в поле. а вечером на игрища к речке. А про Питер мало кто знает, да и знать–то не особо хотят. Работа есть, заработок тоже. Да и нет у нас таких придурков, которые рубили бы сук на котором сидят. Ведь барин за работу платит нормально, не обижает. А те, кто робить не хочет, того конечно наказывает. А как же? Правда, тут недавно учитель Мурзенко нам рассказывал про кровавое воскресение и про баррикады на Пресне, про стычки с полицией в Киеве. Он и книжки нам читать давал и сам читал по вечерам. Говорил о Марксе, Энгельсе. О народниках и большевиках. Но нам робить надо, а не лясы точить, косовица скоро
- А какие ж книги он вам читал.?
- А, - «Капитал», «Манифест коммунистической партии » и ещё какие-то. Обещал Ленина принести почитать.
-Да крепкие книги. У Ленина есть ещё «Государство и революция» и другие. А больше он вам ничего не рассказывал ?
- Да нет, больше ничего. Обещался как-то рассказать, но к нему недавно становой пристав приезжал. Чего он хотел от учителя не ведаю. только теперь он на люди не кажется.
-Да!.... Так, так! Этот ваш учитель из РСДРП. -Это партия такая, которая против царя и помещиков борется. Вот им и заинтересовались жандармы. Ты гляди .будь осторожней с этим делом, а то ей-Богу загремишь в тюрьму. Малой ты ещё в такие дела встревать. Тем более, тебе надо уезжать отсюда, пока не поздно.
-Дак я ж ничего такого не сделал. За что меня…?
-А кто тебя будет спрашивать ? Делал - не делал. Им главное - стрелочника найти, а потом ….
Алексей замолчал и дальше ехал понурив голову.
- Вот и тикай, я тебе говорю. Да и мне тогда будет легче хорониться. Уразумел ?
- Да. Конечно.! Э-эх-хэ-хэ!.
- И не называй меня барином: товарищ я твой, то-ва-рищ.!
- Понятно! Товарищь - сказал Алешка -.а сам подумал : Ага –гусь свинье не товарищь.!
Через несколько минут бричка влетела в распахнутые ворота Бугутиного имения. Навстречу прибывшим бежали бабка, мать и отец Григория. Они стали обмениваться любезностями, а Алексей повёл распрягать и напоить коней.
Через некоторое время в конюшню зашел старый Бугута и сказал Алексею:
- Мне Гришка рассказал про всё, о чем вы гутарили, поэтому прими его совет, как мой! Мы тебе и батькам твоим добра хотим. Да и род наш казацкий единым был. Время разделило нас. Кто в этом виноват? - Никто. Так уж вышло, что разошлись мы. К тебе претензий нет. Добрый ты работник Алёшка. Но видать не судьба быть тебе здесь. Но ты не горюй. Всё обойдется! Он достал из кармана сюртука пачку ассигнаций и вручил их Алексею: - Возьми. Ты их честно заработал! А это тебе на память! - протянул ему золотую десятку Бугута.
- Благодарствую – сказал Алексей и низко поклонился барину в пояс. Барин пошел в дом, а Алексей положил деньги за пазуху холщёвой рубашки зашагал домой.
А через несколько дней он уже ехал в поезде в далёкий город Армавир…
Собрала мать ему в дорогу кой-какие пожитки: котомку с харчами, а батько достал из старого видавшего виды сундука новые яловые сапоги. - На вот, сынку, надевай -заслужил! Алексей радостно взял из рук отца обувку, умело завернул портянки, надел и притопнул ногами.- В пору ли ? - Поблагодарил отца за подарок.
- Спасибо, тату за чоботы. Век не забуду! - Старый казак Василий Сердюк подал ему конверт с письмом для брата, который работал после окончания реального училища мастером на железнодорожной станции Армавир.
- Вот передай письмо дядьку Макару. Он примет тебя. Грамотой ты владеешь. читать, писать умеешь, считать тоже. Так что удачи тебе сыну. Будь настоящим казаком как предки твои и дед Максим. Да вот ещё денег возьми, они тебе пригодятся – дорога дальняя! Алексей попытался отказаться – мол, а вы-то как? Но всё же взял и положил за пазуху свернутые в трубочку ассигнации. Мать в свою очередь сказала, чтоб берёг деньги, не связывался ни с кем в дороге. и не встревал в картёжные игры.
- И ещё.- продолжал отец - там живут сваты наши, казаки Батуринского куреня, то коль будет оказия проведай их. Они добрые люди, помогут если надо и поклон им передай низкий, да обскажи, что и как.
Мать Алексея Анна Герасимовна обняла сына, поцеловала в лоб и трёхкратно перекрестила и уныло промолвила слова напутствия :’’Поезжай, сынок и береги себя. Ни с кем не садись в карты играть –облапошат. Кланяйся родичам», и отпустила с Богом. Алёша стоял молча и только глазами моргал. так уж сильно влияли на него материнские слёзы. Ему было жаль покидать дом, своих стареньких отца и мать, которые провожали сына в неизвестность. Что будет с ним в жизни, только один Господь и ведает. На глаза его навернулись слёзы разлуки .
Вывели его батько й маты из роднего куреня. Да и отправили в дальнюю дорогу.
Залез Алексей в бричку. Cнял с головы шапку: - Прощевайте родные Не поминайте лихом! - Новый кучер Бугуты Фимка Верста хлестанул вожжами по спинам коней и понеслись лошадки по улице родного хутора, увозя Алексея в неведомую даль ….
….На станцию Армавир поезд прибыл поздним вечером. Алексей вышел из вагона и пошёл по перрону к зданию вокзала. Первое, что ему кинулось в глаза - это два казака, стоящие у буфетной стойки и во всё горло орущие песни. .
- Да - в недоумении подумал он. - Правду говорят, что на Кубани - казаки пьяни.
Тут его окликнули и он, обернувшись, увидел идущего ему навстречу дядька Макара.
- Эй, молодец !- Кричал он ему. .- Постой! - Алексей подбежал к нему и они обнялись . –О какой ты вырос, сколько это годков тебе минуло, поди шестнадцать ? - Да нет, дядя Макар уже девятнадцатый с Рождества пошёл.
- Ну ничего, - молодец, что приехал. Как там родители ?-Да ничего. Живы-здоровы.
- Ну,. да ладно. Пошли. А то тетка Марья заждалась тебя. – Макар взял у него мешок, закинул за спину, перехватив лямку. и они пошли к дому где жил дядько Макар. На улице было темно и пустынно, но кое- где поблескивали фонари.
Идти пришлось недолго. Жил он в отдельном деповском доме на две семьи.
Когда зашли в дом, тётка Мария, жена Макара, со слезами кинулась обнимать племянника. -Ну молодец! Ну молодец! - Приговаривала.
- А родители ж как там? Батько, мама? - Та ничего. Слава Богу живуть да пашуть день и ночь. Постарели дуже. Ну зараз трошки легче стало. За работу пан платит деньгами, а то ж раньше совсем не платил. Бывает что и зерном или ещо каким-нибудь продуктом.
Пока Алексей рассказывал им о родителях, тётка Мария накрывала на стол. - А мы живём вот в квартире. Макару как опытному рабочему и мастеру выдали. Там и огородик есть небольшой садик: две яблоньки, черешенка да абрикоса –нам хватает. То колы Дуня уехала в гимназию учиться то совсем как сироты стали.
- А где Дуня учится?
- Тут не далеко в Майкопе. Она на праздники и по воскресениям приезжает. Так что увидитесь ещо.
Жил Макар с молодою женой здесь давно. Ещё молодым парнем уехал он из родного дома счастья искать. Грамотёжка у него была, а любовь к труду и учебе, честность и порядочность довершили дело. Закончил он в Екатеринодаре реальное техническое железнодорожное училище и поступил на работу в ДЭПО станции Армавир слесарем. Там и женился на дочери местного врача Марии. Получил квартиру от Железнодорожного управления. Несколько лет просто слесарил, а вот лет пять назад назначили его мастером и бригадиром слесарей по ремонту подвижного состава. Поэтому он был искренне рад судьбе, которая к нему так благосклонно отнеслась. Алексей достал из мешка подарки от родственников. В основном, домашние продукты и выложил их на стол. Тётка Мария поставила на стол миску с дымящейся картошкой и тарелку с огурцами и тонко нарезанными ломтиками сала и колбасы. Дядя Макар достал из шкафчика графинчик с водкой - ради гостя. Ужин был обычный для рабочего человека, без всяких там наворотов.
Когда он налил в чарки водки, Алексей сказал, что не употребляет. Но раз такое дело то попробую. Это было у него первый раз в жизни. Но в дальнейшем выпивал, как и все другие мужики. Потом тётка пошла снова на кухню и принесла тарелку жареных карасей -вот это Алексей любил!
Алексей больше не пил. После сытного ужина тянуло ко сну. И его отвели в выделенную ему комнату.
Утром следующего дня Алексей встал, как обычно рано. Вышел во двор, умылся под рукомойником и пошёл сад посмотреть. Солнце уже взошло, но в саду пели птицы свою утреннюю песнь. Уже соком наливались яблоки и груши, желтели абрикосы. С веток крупными гроздьями свисала черешня. Он сорвал несколько ягод и бросил в рот - какая всё-таки вкуснотища. Обошёл огородик и вернулся в дом. Тётка Мария готовила завтрак, а дядя Макар готовился на работу: ‘Как здорово тут у вас ‘сказал Алексей, заходя в дом.
–Нравится?
- Да конечно.
- Ну тогда садись завтракать, а потом решишь .что тебе делать.
Дядя Макар как обещал так и сделал - устроил племянника на работу в железнодорожные мастерские станции Армавир учётчиком нарядов с жалованием 25 копеек в день. Это была приличная зарплата для молодого рабочего.
Городок Армавир был обычным уездным городком каких в России было тысячи. Он весь утопал в зелени садов и декоративных деревьев .Здания были, в основном, из кирпича и ракушечника. Единственная достопримечательность - это узловая станция, через которую проходили поезда по всему Северному Кавказу и на юг к Черному морю. Он стоял на левом берегу Кубани–реки почти в самом центре Кубанского края.
Алексей шёл по городу и любовался его красотой и величием. Ничего подобного он не видел, кроме станции Талалаевки – поэтому ему всё было в диковину.
Кроме основной работы, Алексея определили на учёбу слесарному и токарному делу у мастера Коршунова Петра Константиновича. Именно он увидел в Алексее добродушного увлечённого парня. Не по годам серьезного, рассудительного, честного и добросовестного паренька.
Алексей сразу же вник в процесс учёбы, чтобы быстрее научиться этой профессии,
потом работать самому. Коллектив деповских рабочих принял Алексея в свои ряды радушно. Старались помочь, при необходимости, подбодрить. Кроме работы Алексей ув-лёкся чтением книг. Он сразу же записался в заводскую библиотеку. Но так, как в ней
кроме технической литературы не было ничего, то он читал эти книги. Успевал и рабо тать и учиться. Давней мечтой его было выучиться грамоте, поступить в гимназию а потом, возможно, - и в университет. Но это были только лишь мечты. А сейчас он ходил на работу, а по воскресным дням на рыбалку на реку Кубань или на ближайшее озеро.
Так протекала жизнь молодого парня, приехавшего из украинского захолустья в южный Российский город.

 ГЛАВА 2
.
Прошло около полугода. Алексей уже самостоятельно мог выполнять любые работы в мастерской и в коллективе пользовался авторитетом у товарищей, хотя в лидеры не рвался. Как-то раз к Макару в гости приехал его земляк - атаман Батуринской станицы урядник Никифор Петрович Лут. Седой располневший но еще моложавый казак. Он с любопытством разглядывал приехавшего с Украины сына его старинного друга Василия Сердюка - Алексея. Беседуя с парнем, он внимательно слушал его рассказ о родителях. о жизни на селе, о тяжелой крестьянской доле. Жалели о том, что не ушли их предки с казаками на Кубань, а хотели хозяйствовать. Вот и похозяйствовали в крипаках. Он спросил у Алёшки о его учёбе, о работе. о желании вернуться в казачью семью.
На все атаман получил удовлетворительный ответ. Он ещё раз глянул на парня и улыбнувшись в седые усы сказал Макару ;’’-Из этого пацана толк будет!.’’ А вечером за чаркой крепкой горилки он спросил:. – А шо, як я заберу твоего племяша к себе в станицу. У меня как раз нет станичного писарчука, .да и жаль – пропадет казак. На этот вопрос Макар ответил. что как решит сам Алексей, так тому и быть. Долго ещё сидели казаки, вспоминая ридну матир Украину, предков своих, сложиших головы на поле брани с татарвой, турками и ляхами. Кто оставил казачью честь и остался панувать на своей земле, а стал крепостным. И о многом другом вспоминали пожившие на белом свете люди
Лутов на Кубани было четверо братьев, которые вместе с Батуринским куренем в 1793 году вышли на освоение новых казачьих земель, дарованных императрицею Екатериной II верным запорожцам за подвиги на Карасунском куту и на Тамани. Здесь же решением казацкой Рады по распределению земель для переселенцев была указана местность для расположения нового места проживания -станицы Батуринской. Всего на Кубань прибыло около 3847 черноморцев, которые по высочайшему указу должны занять и оберегать кордонную линию от Усть-Лабы до устьев Кубани и освоить пожалованную войску территорию в 30 тысяч квадратных вёрст. Рада для этого создала войсковой закон или наказ : " Порядок Общей Пользы ".
Земли распределялись по жребию. Освоение новых земель было трудным, а порой мучительным. Казаки вместе с атаманом строили курени, рыли землянки, .резали и заготовляли камыш для кровли и отопления в холодное время года. Прокладывали гати и мостили дороги в плавнях и на болотистых местах..
Через многие годы, прошедшие с того времени, край этот расцвёл и преобразился в дивное место, в Жемчужину России.
Таким образом на этих землях и очутились четверо братьев Лутов Семен, Григорий, Михаил и Карпо. Заложили и отстроили станицу Батуринскую во имя старого названия казачьего куреня на Сечи Запорожской. А также хутора Скороходов, Медвежий, Блотницу.и другие. Пустили глубоко в кубанскую землю казачьи корни и стали разрастаться и вширь и вглубь. Одно поколение сменялось другим. Одни рождались.- другие уходили. Многие полегли в лихих схватках с горцами и в боях с врагом в войнах и в походах. Забрала война с Наполеоном в 1812 году из жизни Карпа и Григория. Не вернулись с Русско –Турецкой войны их сыновья Игнатий и Прохор. Сгинули в Персидском походе Григорий и Семён. Много воды утекло из Кубани за это время…
Положение о черноморском казачьем войске 1842 года закрепило сословные порядки, основополагающей чертой которых была замкнутость казачьего землевладения и феодальный принцип отбывания казаками военной службы за землю.("конно, людно и оружно”). Кроме того, поскольку шла Кавказская война, казаки должны были продолжать колонизацию региона и активно участвовать в боевых действиях Отдельного Кавказского Корпуса. После победного завершения войны на Кавказе всё линейное казачье войско решением государя императора было разделено на Кубанское и Терское казачьи войска с войсковым центром соответственно в Екатеринодаре. Несмотря на всяческие трудности и лишения, казаки шли по жизни твёрдо и уверенно продолжали жить и созидать, зная главную свою принадлежность – верой и правдой защищать православную веру, престол и Отечество. Стойко и зорко стоять на охране священных рубежей Государства Российского.
Продолжение следует....

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.