СТИХИ ИЗ СОВЕТСКОЙ ТЕТРАДИ

Владимир Спектор
 СТИХИ ИЗ СОВЕТСКОЙ ТЕТРАДИ


* * *
Девятого мая, когда, подустав,
Примолкли оркестры к обеду,
Прямой и торжественный, словно Устав,
Шёл с праздника Воин Победы.

Как маршальский жезл, нес в руках он сирень,
Но не был безудержно весел
В святой и великий наш праздничный день,
Средь бодрых и радостных песен.

Быть может, усталость той грусти вина,
Иль память, что вечно нас гложет,
В которой судьба, и война, и страна,
И песни – морозом по коже.

«Ничто не забыто, никто не забыт»,
Особенно к праздничным датам.
Но, кажется, память – опять дефицит,
За быль, и за небыль расплата.

А день так прозрачен и радостно свеж,
Что в ритме победного вальса
Вся жизнь представляется цепью надежд,
Которой нельзя разорваться.

 

 

* * *
Мой дед здороваться любил
И вслух читать газеты.
Читал, покуда было сил,
Про жизнь на белом свете.

С машиной швейной был в ладу
И с нашей старой печкой.
А вот в пятнадцатом году –
Стрелял под Берестечком.

«Прицел такой-то… Трубка… Пли!..» –
Рассказывал он внукам.
В работу верил. Не в рубли.
И уважал науку.

Моим пятёркам был он рад.
Предсказывал победы.
Хотел, чтоб был я дипломат…
А я похож на деда.


* * *
На вокзале жизнь другая.
Там уборщица, ругая
всех и всё,
в жару, в морозы
Выметает смех и слёзы.
Там на лавке ожиданья
Время, скорость, расстоянье,
как в задачке школьных лет,
не дают найти ответ.
Там другого нет пути – чемодан
в вагон внести
И за рокотом движенья ощутить вдруг
напряженье
Дня и ночи,
сердца,
крови,
Гул забросив в изголовье…


* * *
А мы – как детали машин
Средь связей то жёстких,
то гибких.
И, кажется, вот-вот решим,
И преодолеем ошибки.
Решим уравненье своё,
Где звенья, шарниры и своды
Металл свой, как люди житьё,
Ломают за степень свободы.

* * *
Хотел попасть в «десятку»
а попал впросак.
Что в жизни так,
а что не так?
Не всё учебникам покорно,
И истина бывает спорна.
Как отыскать
тот верный шаг?
И отворить какие двери,
Чтобы сознание потери
Напрасно прожитого дня
Не жгло, не мучило меня?

* * *
И бабка, что курила «Беломор»,
И та, что рядом с нею восседала,
Покинули, покинули наш двор.
И на скамейке пусто стало.
И только девочка трех лет
Зовет беспечно: «Баба Сима!..»
Да белый свет. Да синий цвет,
Да желтый лист, летящий мимо.


* * *
Я двухкопеечных монет
Всегда держал запас в кармане,
Звонил друзьям. А чаще – маме.
Звонил и говорил: «Привет».
И слышал снова: «Береги
Больное горло. Приходите,
И внучку Иру приводите,
Мы будем печь с ней пироги»…
Всю жизнь идём на тёплый свет,
Что добротой своею манит.
И, кажется, поёт в кармане
Хор двухкопеечных монет.

* * *
Иду вдоль окон.
Тороплюсь. И всё же,
Нет-нет, и загляну в окно.
Их друг на друга нет похожих.
И, кажется, смотрю кино,
Где каждый кадр
За занавеской
Имеет подлинный сюжет.
Где вслед за рожицею детской
Ожжёт угрюмым взглядом дед…
А мне, как зрителю, мешает
Стекла зеркальная броня.
Я отражаюсь. Я мелькаю.
И окна смотрят на меня.


* * *
Было густо – стало мало.
Было много – стало редко.
И в сторонку от вокзала
Вытянута чья-то ветка.
И гудит по ней устало
Одинокий старый поезд,
То, что было, с тем, что стало,
Совмещая в слове «Совесть».


* * *
Что это? Горьких вишен
В этом году так много.
Что-то в моих деревьях
Сладость пошла на убыль.
Горечь дождей осенних
Вьелась в судьбу, в дорогу.
И пропитала землю,
И перешла на губы…



* * *
Нам бы пить с тобой вино
И поглядывать в окно,
Разговор вести о жизни,
О футболе -
Всё равно.
Ну, а мы с тобой сидим,
Друг на друга не глядим.
Только дым от сигареты
Между нами.
Только дым…



* * *
Трамвайного пути избитые законы,
Трассирующий след вверх поднятой дуги.
И друг за другом вслед идущие вагоны,
Сплетающие в цепь круги, круги, круги…

И мы с тобой идём по замкнутому кругу,
Хоть, кажется, вершим движение вперёд.
В глазах мелькает тень - надежды и испуга.
Испуга за страну, надежды на народ.



* * *
Он попал под автобус «Ростов – Мариуполь»,
И кровавые пятна затмили стекло.
Как обычно, толпа хлопотала над трупом,
И шофёра в тоске безысходной рвало.

Между двух городов, посредине дороги
Он лежал на земле. Не бывает чудес.
Но завыл верный пёс во дворе в Таганроге.
И упала слеза из развёрстых небес.


* * *
Проходящий маршрут,
этот поезд нелитерный – мой.
К чаю тут подают пряник, мерзкий, как кнут.
Да и чай здесь с тяжёлой водой.
Тут проносятся вспять
и сжигаются, словно мосты,
Мои лучшие дни, мои лучшие сны.
И одна лишь отрада – ты.
Где-то спит проводник, пропадает вагон.
Мы несёмся во тьму, во тьму…
То ли рельсовый стык, то ли ветер сквозь стон,
То ли эхо в ответ – не пойму.
Не пойму, не пойму, не могу я понять,
хоть и поезд не литерный – мой.
Но за чайной водой, вперемешку с бедой,
услыхал я: мы едем домой.
Кто-то едет домой, кто-то едет со мной,
но скажите, куда, куда?
Вьётся тень за спиной,
Да мотив за стеной:
Навсегда, навсегда, навсегда.


* * *
Мы лишние люди. Пора, брат, пора.
Печоринским знаменем клясться не будем.
И, всё же, как в поле идут трактора,
Так мы с тобой катимся в лишние люди.

Забытые лозунги бродят, как квас,
Плакатов глазницы глядят очумело.
Мы – лишние люди, уходим, как класс,
И это, наверное, главное дело.

Помашет рукой удалой Азамат,
И что-то Максимыч шепнёт с укоризной.
И снова с тобой, как столетье назад,
Мы - лишние люди у нищей Отчизны.

И, видно, нескоро придет романист,
Который покажет нас всех, как явленье.
Уходит эпоха, как фильм «Коммунист»,
Как эхо потерянного поколенья…


* * *
Поздно терять, хоть не поздно искать,
Поздно прощаться и поздно встречаться.
Поезд ушедший уже не догнать –
Самое время в себе разобраться.

Полунамёков неясная вязь,
Полунадежды и полустремленья…
Время уходит, над нами смеясь,
Нам оставляя лишь сердцебиенье.

Сердце стучит, а ответов всё нет.
Время вопросов всё длится и длится.
Поздно прощаться. А может быть, нет?
Поздно. Сквозь сердце проходит граница.


* * *
Инерция…
И для души
закон Ньютона применим.
Никак мне не расстаться с ним.
Воспоминаний сила
опять меня сдавила…
Души моей потёмки –
потёмки кинозала.
Замедленная съёмка.
Смотрю, и всё мне мало.

Комментарии 4

MostovoyViktor
MostovoyViktor от 13 июня 2012 06:55
Шел с праздника Воин Победы, как маршальский жезл, нес в руках он сирень - как мудро и проникновенно прочувствована душа ветерана. Читаю стихи Владимира Спектора и осмысливаю жизнь.  Виктор

Экспромт автору трогательных строк - Владимиру Спектору.

Проницательный внутренний взгляд
На прошедшее время былого,
Пережитое кем-то и мною,
Проникает, и, будто, назад,
Возвращаешься сам ты, и там
Видишь в отзвуках жизни теченья
Всех знакомых лиц столпотворенье...
О, как многое ты бы отдал,
Чтоб, как прежде, тебя так же ждал
Тот, кто прежде любим был тобою,
И, возможно, был послан судьбою,
Но от поезда жизни отстал...
Да, былого страницы читать,
Нелегко - так потеряно много,
И ошибок не счесть, и иного
Не дано, - не вернуть время вспять...

"Быть может, усталость той грусти вина,
Иль память, что вечно нас гложет,
В которой судьба, и война, и страна,
И песни – морозом по коже."
И в  самом деле,  "морозом по коже"  - и песни, и воспоминания, и  метафоричное звучание истинно поэтических строк Владимира Спектора, невольно навеявшие  грусть, и, где-то, светлую радость от встречи с прошлым, так или иначе, ставшим для нас дорогим.
Но... жизнь продолжается, и надо жить дальше, принимать дары судьбы с благодарностью, ощущая их ценность с бережением, а испытания судьбой с мудрым осмысливанием (почему? для чего?) всех жизненных перепетий. "Ничто не проходит бесследно" и ничто не бывает, не случается просто так - всё в нашей жизни предопределено законами бытия, диктуемые СВЫШЕ и сие "Надо благодарно принимать", а не вычёркивать себя из жизни. С уважением, Алевтина Евсюкова 




NMavrodi от 13 июня 2012 21:55
Пронзительные стихотворения. И мороз по коже, и ком в горле... 
Спасибо большое! Мороз по коже - от трогательных комментариев.
В.С.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.