Сделать стартовой     Добавить в избранное
 

Варшавская мелодия Поэзия |

Сусуев Геннадий. Варшавская мелодия



* * *

Ненавижу пыльные музеи –

Что случится, знаешь наперед!

Я бы компас выдал Моисею,

Чтоб не мучил праведный народ.



Или сам прикинулся халдеем,

Те тогда уж знали звездам счет.

И привел их прямо в Иудею,

Пожиная славу и почет.



Вся пошла история иначе!

Не распяли бедного Христа.

Был и я доволен и удачлив,

Не марая чистого листа.








* * *

«Мир встаёт огромной птицей,

Свищет, щёлкает, звенит».

Э. Багрицкий

Я птицелов и знаю ремесло –

Лови на слово в сети души-птицы.

Но, вот беда, боюсь красивых слов.

Мне этому уже не научиться.



И потому бесхитростный мотив

Не завлечёт, конечно же, жар-птицу,

Лишь позабавит странников в пути

И просветлит нахмуренные лица.



Но, может быть, наивная душа,

Что никогда не замечает рамки

Уже летит. Так сердце малыша

Пленяют звуки крохотной шарманки.







О ЮНОСТИ



Давно отгуляло вино

И в сок не вернется обратно.

Как кости в игре домино

Расставлены дни аккуратно.



Закончилась юность. Веслом

Ударилась лодка о берег.

Довольно, не будь ты ослом!

Пора уже в это поверить.



Давно перешел ты межу,

Уже не вернуться обратно.

Любому понятно ежу…

Ежу – ну, а мне не понятно.







* * *

Не всегда мы мужаем с годами.

Жизнь жестоко ломает нередко.

Так, до срока наполнясь плодами,

Обрывается ветка.



Одевался он ярко и броско,

А теперь с Робинзоном схож - Крузо.

И стоит у пивного киоска

Его пьяная Муза.







О, ВРЕМЕНА…




Где всенародно признан Робин Гудом,

Живет в почёте негодяй и вор,

Спокойно б жил до старости Иуда.

Христа бы киллер расстрелял в упор.





СПЛОШНОЕ КИНО




За весной опять наступит лето,

Будет осень, если доживу.

Жизнь моя - дурная кинолента,

День и ночь – сплошное «дежа вю».



Пустота – как в шарике пинг-понга.

Ни на что не годен режиссер.

Лишь тоска с масштабами Кинг Конга

Заполняет жизненный простор.



А сюжет совсем не интересен.

Передрали, с горем пополам,

Фильм про то, как раненный Мересьев

Всё ползет по вражеским тылам.







У ВИКИНГОВ




У викингов в аду всегда мороз за сорок,

Там даже черти ходят в полушубке.

Кругом снега лежат как свежий творог

И стадо туч гоняет ветер жуткий.



Пусть будет так - решил суровый Один,

Поняв, что их не испугает жаром,

А для героев рай задумал – вроде

Огромного бесплатного пивбара.



Пускай бузят, лакают эль и брагу

И затевают шумные дебоши.

Но чтоб свою не пропили отвагу

Приставил дев опасней диких кошек.







БЕССОННИЦА



И клонит в сон, да не уснуть никак.

Стучит в висках – как головой о камень.

Темным-темно, захватанный пятак

Луны опять исчез за облаками.



Ворчат часы. Им вторит в кухне кран.

Твердят одно: ты скоро, скоро, скоро…

Уже окно мерцает, как экран

Погашенного на ночь монитора.



И не понять – во сне иль наяву

Шумят деревья, ловят ветер в сети.

И, может быть, уже я не живу,

Или еще не жил на этом свете.



Печет глаза – засыпали золой…

Встаю уже! Лежать – невыносимо.

Гляжу: рассвет поднялся над землей,

Как гриб над Хиросимой.







ЗАПАХИ




Я розу напоил – шевелится бутон.

Так вздрагивает грудь, когда приводят в чувство.

Я мог бы передать и цвет его и тон,

Но запаха, увы, не сохранит искусство.



И все же я берусь – не избежал искуса.



У обонянья нет в запасе слов своих,

Но, не стыдясь ничуть, оно ворует их

У зрения и вкуса.







СЛЕПОЙ ДОЖДЬ




Дождь с солнцем подружились! –

Ликует детвора.

И скачет как пружины,

Кричит: Ура! Ура!



И даже старики

Печалятся не шибко,

Глядят из-под руки:

Чудесная ошибка.



Лишь недоволен кот,

Дремавший на заборе,

Ворчит: вот не везет.

О, горе мне. О, горе.



А дождь идет слепой

По пыльному перрону,

Где каркают и По

Цитируют вороны.







РАЗГОВОР С РЕДАКТОРОМ




Ты о любви пиши, советую, дружок.

Политику оставь для Брута и для Гая.

Про фавна напиши, про нимфу и лужок...

Вот ты здесь написал, что истина нагая.

Уместнее сравнить с наивным малышом –

Им не хватает смелости и грации.

Но женщина, к тому же голышом?

Перепиши. Послушайся, Гораций.







* * *

Просыпаюсь средь серой глухой пустоты –

Ночь никак не решится на убыль.

Поднимаюсь, как будто срываю бинты,

Плотно стиснувши зубы.



Проползаю. Спасительный кофе глоток,

Чтобы хоть голова не кружилась.

Оживаю. Задвигался. Чувствую – ток

Пропускают по жилам.



Поднимаю других, дожевав бутерброд.

Одинаково хмурые лица.

Собираюсь – пора. Одеваюсь. Ну, вот! –

Не мешало б побриться.



Выхожу. По пути настигает печаль,

С одиночеством просит не путать.

Застывает туман, словно сок-молочай,

Поглощая людей-лилипутов.







* * *

Где солнце как Гобсек

Считало каждый лучик,

Вдруг заявился снег

Шальной и невезучий.



Идет – «упитый в дым»,

С душою нараспашку.

Готов отдать другим

Последнюю рубашку.



Хотя не многим люб,

Всем лобызает лица,

Как пьяный лесоруб,

Нагрянувший в столицу.



С соломой в бороде

И в сапогах кирзовых –

Шагает по воде

И дрыхнет на газонах.







* * *

Февраль скучал, уставясь в телик.

Брал из колоды наугад

И клал - то лужи и капели,

То – гололед и снегопад.



Ворчали старики несмело:

- Такого не бывало встарь.

А он хамил: – Не ваше дело.

И тыкал носом в календарь.



Когда же дни его иссякли,

Март бросил солнце на весы.

Пришла весна. – А так ли? Так ли? –

Твердят ехидные часы.







* * *

Насытился по уши

Красотами зимы!

Довольно бить баклуши.

На волю - из тюрьмы,



От скуки и газет

И лужицы в прихожей,

Чей сходен силуэт

С шагреневою кожей,



От этой духоты,

От затхлых разговоров,

Что злобны и пусты,

Но кончатся не скоро.



Одевшись потеплей,

Я выгляну наружу.

А там – стоит Апрель –

Внезапно обнаружу.







ОТТЕПЕЛЬ




Вчера мело, а нынче как из крана

Льют небеса, выплёскивая злость.

Пал снеговик, в наряде ку-клукс-клана,

Изрешеченный пулями насквозь.







* * *

Нас каждого пьянит и манит запах славы,

Хоть честно заявить бог не дал куражу.

Как ассирийский лев на царские забавы

Я вновь читать стихи на сцену выхожу.



Немея, не дыша, я вглядываюсь в лица.

Я чувствую беду. А этого ль хотел?

Но поздно отступать – несется колесница

И воздух потемнел от водопада стрел…



Вдруг долгожданный миг, когда уже спокоен,

Стою, сжимая мир до одного листа.

И замирает зал как усмиренный воин,

Чьим трепетом мои наполнились уста.







ТЕЛЕВИЗОР




На окровавленные лица

И искаженный злобой рот

Мы вновь глядим, чтоб «разрядиться» -

Уйти от собственных забот.



Нам телевизор стал, похоже,

Недобрым храмом на крови,

А мы - опасно толстокожи

Без радиации любви.



Но разве горечи и страхи

Кого-то делают добрей?

Кого-то вылечили плахи

И осчастливил Колизей?



Мы разучились удивляться.

А наши души и сердца

От всевозможных радиаций

Закрылись толщею свинца.







АВГУСТ

В. Гринчукову

Еще не насытились наглые осы,

Лишь августа чуть надломили пирог,

Но в синих туманах уж прячется осень.

И требует, явно уже, а не просит –

Скликает ватагу разбойничий рог.



И вновь наступают, сползаются тучи.

Вдруг ветер, со лба убирающий клок,

Вздыхает. И солнце соломинку-лучик

Роняет и пьет золотой и тягучий,

Гудящий как улей, гуляющий сок.



А в роще, где дятел молотит стамеской,

И тени, как вены натруженных ног,

Звенит паутина натянутой леской,

На миг замираю – подумалось дерзко –

Кого-то пытается выловить бог.







ДОЖДЛИВОЕ ЛЕТО




Август, печален, стоит на причале

В старом плаще, отвернулся от ветра.

Не потому ль так грустны англичане,

Что им досталось дождливое лето?



Но постарайтесь припомнить начало –

Море и воздух, пронизанный светом.

Только отчаянно чайка кричала:

Не доверяйте! Не верьте приметам!



Скромно, оставив лишь дыры в кармане,

Лучшие годы ушли незаметно.

Кто-то, всё кашляя, бродит в тумане

И проклинает дождливое лето.



Видимо, искренность вышла из моды.

В чём тут причина? Ищите ответы.

Снова охрипли, крича, пароходы.

Их провожает дождливое лето.



Нет, не синоптикам и журналистам –

Верьте серьёзно составленным сметам,

Чтобы могли докопаться до истин.

Где, покажите, вы видели лето?



Осень грустит, надевая монисто.

Всюду туман – никакого просвета.

Щиплет глаза, задохнёшься от листьев –

Жгут на кострах непокорное лето.







* * *

Вот уже август почти перелистан.

Надели береты.

В роще грибы. И поют гармонисты

На свадьбах куплеты.



Время подходит опять перекрасить картинки

Ярко и броско.

Вскоре лишатся, в грязи окунувшись, ботинки

Столичного лоска.



Только пока нас всё это тревожит не слишком.

Идём не сутулясь.

Очень доволен, за лето подросший мальчишка,

Что может без стула



С полки достать эту новую детскую книжку

И банку варенья!

Если он снимет и только заглянет под крышку,

Никто не узнает… наверно.

 

 
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Другие новости по теме:

  • Спас
  • О ЮНОСТИ
  • Мелодии тех лет
  • Стареющий август
  • Я чувствую время - звучаньем капели...


  • #1 написал: Boutiquerex (25 апреля 2012 22:07)
    браво Сусуеву!
    Информация
    Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

    • Войти

      Войти при помощи социальных сетей:


    • Вы можете войти при помощи социальных сетей


     

    «    Август 2019    »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
     1234
    567891011
    12131415161718
    19202122232425
    262728293031 

    Гостиница Луганск, бронирование номеров


    Планета Писателей


    золотое руно


    Библиотека им Горького в Луганске


    ОРЛИТА - Объединение Русских ЛИТераторов Америки


    Gostinaya - литературно-философский журнал


    Литературная газета Путник


    Друзья:

    Литературный журнал Фабрика Литературы

    Советуем прочитать:

    23 августа 2019
    ХОЛОКОСТ

    Новости Союза:

    Сегодня, 00:36
    С Днём шахтёра!
         

    Copyright © 1993-2013. Межрегиональный союз писателей и конгресса литераторов Украины. Все права защищены.
    Использование материалов сайта разрешается только с разрешения авторов.