Я не ищу награды в этом мире


Борис Николаевич Щербатов – член Союза писателей СССР и России с 1988 года, жил в Москве. Родился в 1941 г. в г. Электросталь под Москвою, детство и школьные годы прошли в с. Михайловское Тульской обл. Окончил Тульский политехнический институт. Автор пяти сборников стихов. Его строчки "Душу сына помяни, мать души моей – Россия" теперь звучат особенно проникновенно и болью отзываются в наших душах. В предисловии к последней книге Бориса Николаевича Владимир Наджаров сказал:


Потомки, запомните это,
Страну почитая, как дом,
В России не любят поэтов
При жизни, а любят потом...

Не надо особых дебатов,
Другой не найдете ответ.
Вы скажете, был вот Щербатов,
Он истинно русский поэт!

Был гордостью нашей Отчизны!
Спешите скорее прочесть!
Вы скажете "был", а при жизни
Никто не сказал, что он есть!

При жизни, судьбу его скомкав,
Глаголя о ком-то другом,
Его оставляли потомкам,
Чтоб люди читали потом.

 


Русские

 

По полям да по рощам,
по рекам,
по раздолью великой земли
шла пехота фашистского рейха
и тевтонские рыцари шли.

Нас батыевы кони топтали,
самураи пытали и жгли –
тайну русского духа искали,
но нашли - только то, что нашли!

Только изб обожжённых глазницы,
сумасшедшие пляски огня,
обложные - в полнеба! - зарницы
да ликующий пир воронья.

Эти птицы веками висели
над Россией, как символ беды,
на бескрайних полях обрусели
и от радости стали седы.

Сколько слёз,
сколько крови и горя!
Но, врагов своих в землю вогнав,
мы деревни рубили на взгорьях,
на ристалищах света и трав!

А вокруг -
полевая, лесная
нашей древней земли благодать...
Мы себя ещё сами не знаем.
Нe пытайтесь же нас разгадать!

  

Сколько сёл в России неоглядной!

 

Сколько сёл в России неоглядной!
Как весной ромашек на лугу...
Есть село над речкою Непрядвой,
на высоком правом берегу.


Только день подвинется к закату,
поглядите вдаль из-под руки,
где туман крадётся конокрадом
по другому берегу реки.


Там луны оранжевый осколок,
золотя притихшие сады,
как шелом Димитрия Донского,
из Непрядвы черпает воды...

Это здесь - судьбы моей начало
и всего, что стало дорогим.
Эта речка в грудь мою стучала
колокольным именем своим!


Это здесь - сверкая половодьями,
обжигая ветрами с полей,
становилась маленькая родина
Родиной великою моей!


И за то, село моё, спасибо,
что, живя на новом берегу,
я свою страну, свою Россию
без тебя представить не могу.

 

 

Вдруг потянет в лес неудержимо

 

Вдруг потянет в лес неудержимо,
закруж’ат  берёзовые сны...
И пойдёшь –
без всякого нажима,
без подсказки с чьей-то стороны.

В летний вечер сядешь под ольхою.
Тишина, заброшенность, покой.
До коры дотронешься рукою
и услышишь сердце под рукой.

И поймёшь, что всё вокруг – живое:
дышат корни, чувствует трава,
и деревья говорят листвою
непереводимые слова.

Не гадай о том, какая сила
позвала сюда издалека.
Может, вспоминая, загрустила
о тебе знакомая ольха.

Всех природа чувствует и помнит,
где б дороги наши не легли.
Пусть тебя сегодня переполнит
вера в милосердие земли.

И тебе когда-нибудь приснится
в городском сиротском далеке,
что сейчас рассказывают птицы
на забытом нами языке.

  

 

Всё мысль да мысль

 
                «Всё мысль да мысль! Художник бедный слова…»

                Е. Баратынский
                «И жизнь, и слёзы, и любовь…»
                А. Пушкин

Всё мысль да мысль!
А где же чувства?
Где слёзы и любовь, где жизнь сама?
Становится высокое искусство
досугом изощрённого ума.

Кудесники заумных откровений,
ударники словесного труда!
Скажите, вам знакомо вдохновенье,
к вам муза забегает иногда?..

Во временах глухих и окаянных
служенье Слову – каторга и честь!
Поэтов много -  званых и незваных,
а избранных – по пальцам перечесть!

Я не ищу награды в этом мире.
И, хоть души давно не берегу,
порву струну последнюю на лире,
когда я петь и плакать не смогу!

  

 

Сколько солнца на исходе лета!

 

Сколько солнца на исходе лета!
Лес стоит зелёный и густой.
Но листва, пронизанная светом,
неизменно станет золотой.
Будет осень. Сменятся одежды,
претворят деревья в образа.
Сколько света, света и надежды
дарят нам осенние леса…

Не ропщи, изношенное тело!
Нам ещё не время на покой.
Не затем ли молодость сгорела,
чтобы старость стала золотой,
чтобы наша траурная дата
затерялась в буреломе лет,
чтоб душа, зелёная когда-то,
истончаясь, излучала свет.

 

 

Судьба

 

Военное детство…
Ты помнишь, ты помнишь,
как лютые ветры хлестали наотмашь?
От страха и стужи дрожала изба,
за каждым углом сторожила судьба.

Ты в том лихолетии памятью бродишь,
всё ищешь кого-то и всё не находишь.
Так жизнь начиналась. В тревожную ширь
судьба повела, как слепой поводырь.

Ты жил, обжигаясь, ты жил неумело.
Судьба же крутые несла перемены:
друзей увела, умыкнула жену,
однажды тебе поменяла страну.

– Судьба… – повторял ты и праздновал тризны.
А сверху глядели глаза с укоризной.
Но всё ещё спали за стенкою лба
три грозные буквы из слова «судьба».

В стране, где ни совести нет, ни морали,
тебя обескрылили и обокрали.
Тебя не услышали в грохоте лет,
ушедшей эпохи последний поэт!..

Закатное солнце над лесом дрожало,
к суровому Богу тебя провожало.
Не плакал никто, не рыдала труба.
Три буквы остались от слова «СУДьба».

 

 

Прогулка по облакам

 

Подмосковные просторы,
где былая ваша гладь?
Сплошь заборы да заборы -
не пройти, не погулять.

Пробираюсь по задворкам.
Где та речка, где тот плёс?
На меня (как будто вор я!)
подзаборный лает пёс.

Размахнулись воротилы,
что удельные князья.
Всё, что можно захватили,
прихватили что нельзя!

И теперь как наважденье:
влево, вправо ль повернёшь –
всюду частные владенья
новоявленных вельмож!

Лишь плывут, плывут высоко,
не захвачены пока,
отражаясь в сини окон
кочевые облака.

Знать, придётся мне, как в детстве,
под весенний шум и гам
с юной радугой в соседстве
погулять по облакам.

 

  

След

 

Когда отца на поле бранном
подмяла дымная броня,
я разминулся с младшим братом,
который мог быть у меня.

Когда над беженцами "мессер"
расходовал боекомплект,
был среди них и мой ровесник,
едва явившийся на свет.

Я замечал в часы авралов,
как обжигало горячо
мое плечо дыханье справа,
но стыло левое плечо.

Пришла пора - и нашим детям
страна вручает паспорта.
А в их рядах гуляет ветер,
и глухо воет пустота...

Где шли бои, трава густая
берет стремительный разбег.
А этот след,
             не зарастая,
потянется в грядущий век!

Придут далекие, другие

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.