Из немногословных многоточий…

 

Константин 

ВАСИЛЬЧЕНКО

 

 

ПРЕДОСЕННЕЕ

 

Оглаживая лес по волосам
Смолистых хвойных, лиственных творений,
Устало лето. Ждет дождей осенних –
Как древний исцеляющий бальзам,
Всё сущее: рычащее, грызущее,
Прямоходящее, кровососущее.
А ветер сор гоняет по дворам,
Зачесывает небо на пробор,
И тучи затевают хороводы,
Потворствуя фривольностям погоды,
И гаснет сердца пламенный мотор,
Сбавляет понемногу обороты.
Несбыточного хочется чего-то,
Забытого – как самолет-ковер.

 

 

ОСЕННЕЕ

 

Расплескало солнце позолоту,
Желтый стронций, охру и кармин.
Обозрело свысока работу,
Порыжело, будто апельсин –
Поджигая кипарисов свечи,
Покатило под гору под вечер,
Освещенный холодом витрин.

 

День ушел. А новый – на порожке.
Прежде, чем шагнуть из тьмы на свет,
Он Луну потрогает за рожки,
Опосля присядет на дорожку
И хвосты накрутит у комет.
Молвят – от добра добра не ищут.
Будет день, и зрелища, и пища.
И – на бис – проблем кордебалет.

 

Крылья подустали от полета...
Расплескало сердце позолоту...

 

 

* * *

 

Сквозь шоры штор в окно дохнуло холодом,
И лист пронесся – грустный и сухой,
Порывом ветра сорванный за городом,
Охряно-желтый... Нет. Скорее – золотой.

 

Наместник осени – сентябрь – не торопится
Завесить небо серой пеленой.
Все выжидает – силушка накопится,
Тогда он всем покажет норов свой.

 

Прольет дожди обильные, как водится,
В преддверии последнего броска.
И будет пар от выдыхаемого воздуха
Подпитывать шальные облака.

 

Природные меняет декорации
Всегдашний умирания сезон.
И листья – квинтэссенция прострации –
Упреками ложатся на балкон.

 

 

* * *

 

Перелетные стаи кружатся
И становятся на крыло,
Одуревшая муха тужится
Головою разбить стекло.
Как нудистка, накидку сбросила,
Листопадом швырнув в дома,
Заплетает косички с проседью
Осень в дреме. Идет зима.

 

 

НОЧЬ. ЛУНА

 

Ночь. Луна, как долька апельсина
На ночлег устроилась на крыше.
Холодает. Звездная картина
Неба ощутимо стала выше.
Город неохотно засыпает,
Полумрак пронзая фонарями,
Дождь стыдливо слезы утирает,
Словно потешается над нами.
Зимняя уверенная поступь
За полночь становится слышнее,
Треплет ветер листья, как обноски
Осени, от наглости хмелея.
Ночь. Луна. Рождается поэма
На листе среди бумажных клочьев –
Тайною подернутая тема
Из немногословных многоточий…

 

 

* * *

 

Все об осени, да об осени...
Нешто не о чем больше писать?
«Небо с просинью...»
«Листья сброшены...» –
Умирания благодать.
Ненароком пригреет солнышко,
Медяками блеснет в листве,
Обнаружив бутылки горлышко
В полумертвой сухой траве.
Не хозяева жизни – гости мы,
Пишем в выцветшую тетрадь
Все об осени да об осени.
Видно – не о чем больше писать...

 

 

ОКТЯБРЬ. ИЗРАИЛЬ

 

Унылая пора? Не клевещите всуе!
Вот, закусив язык, октябрь ее рисует –
Без золота, багрянца и дождя.
И листья не шуршат, не падают под ноги,
Ни тени увяданья и тревоги.
Прольются ливни – только погодя.

 

Осенняя жара. А поутру – прохлада,
И ветер злится на нехватку листопада,
Вздымая пыль печалей и обид.
В окошке кошка щурится на солнце,
Сквозь веки жалюзи. И сонное оконце
Взирает на привычный колорит.

 

 

ГОРОДСКАЯ ПАСТОРАЛЬ

 

Облака присыпала
Солнечная пыль,
В чаше неба купола –
Полуденный штиль.

 

Небоскребы маются,
Тыкаясь в зенит,
Ветерок за платьице
Осень теребит.

 

Городская, жаркая
Гаснет пастораль.
Сапогами шаркая,
День уходит. Жаль...

 

 

ОСЕНЬ

 

А где-то – снег. А где-то – непогода,
И холод пробирает до костей –
То мудрая игривая природа,
Не чуждая диковинных затей,

 

Импровизирует температурой,
Спонтанной дробью зимнего дождя,
Без дирижера и без партитуры,
На классику шутя переходя.

 

А утром на припудренном матрасе
Опавшей и спрессованной листвы
Толпятся бестелесные каркасы –
Белесые скелетики травы...

 

Еще не всё.
До станции конечной
Есть время
Доползти по большаку,
Где все попутчики.
И – никого навстречу,
Кому ж охота?..
Разве – дураку...

 

________________________
© Константин Васильченко

 

 

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.