Не жалею ни о чём

Не жалею ни о чём
Напоены дождями, лаской солнышка согреты,
В саду житейском поросли пробились сквозь года…
Одни цветут, другие вянут с  наступленьем лета…
Не чахнет лишь растение  с названьем «Никогда…»

Да,  юность повторяется и в детях, и во внуках,
И это отвлекает от печальных перемен,
От липкой тирании расплодившихся недугов, 
Что нас порой захватывают в долгосрочный  плен…

Не знаю, что нашло? – Я не люблю трагичных ноток,
И каждый выбирает путь, что по душе ему.
Как знать, чего нам больше ждать, потерь или находок?
Чего достигнем перед стартом ввысь или… во  тьму?..

Когда мы станем следовать призыву Окуджавы,
Друг другу наполняя жизнь любовью и теплом,
Тогда, возможно, вырастут для нас  другие травы!..
Одна из них зовётся: «Не жалею ни о чём»…
 
 
По прочтении Э. А. Геста Тяжёлые удары
Гест считает, что успех куда вреднее
Передряг, что преподносит нам судьба.
Он, возможно, прав. Философу виднее.
Преклоняюсь перед теми, кто умеет
Их встречать без дрожи в сердце и  губах.

Мы приходим в этот мир с хронометражем
Той программы, что Всевышний начертал.
И чтоб не был жизни путь обезображен, 
Мы фильтруем мысли, но под зоркой стражей
Удержать их удаётся не всегда.

Путь не может быть усеян лишь цветами,-
Эту данность принимаем без помех.
Неудачи закаляют, как экзамен,
Но мне хочется их пригоршнями в пламя
Побросать и выпить рюмку за успех!
 
 
 
Редьярд Киплинг Если
Сумей остаться с ясной головою,
Когда тебя в грехах все обвинят,
Поверь в себя и будь самим собою,
Будь мужествен, вкусив наветов яд.
И коль тебе не в тягость ожиданье,
Коль сможешь промолчать в ответ на ложь
И ненависть поборешь с пониманьем, 
Что ты не столь умён или хорош,-

Мечтай, но в плен мечтаньям не сдавайся
И мысли с целью не отождествляй.
Беду, Триумф осмыслить не пытайся —
Все –миф, обман. Об этом тоже знай.
И если исказят мерзавцы слово
Твое, чтоб заманить в капкан глупцов,
Разрушив жизнь твою, то будь готовым 
К борьбе и весь свой путь начни с азов. 

Когда все достиженья воедино
Собрав, рискнешь поставить их на кон
И вмиг все проиграв, врагам на диво
Ни словом не обмолвишься о том,
Сумей заставить сердце, мышцы, нервы
Служить тебе, когда им выйдет срок.
Теряя все, себе останься верным,
Пройди усильем воли сто дорог!


Беседуя с толпой, держись достойно.
В общенье с королями не робей.
Слова друзей, врагов прими спокойно.
Останься честным в памяти людей!
Умея невозвратные мгновенья 
Ценить от юных лет и до седин,-
Всем миром овладеешь, без сомненья,
И станешь Человеком ты, мой сын!

Перевод с английского Инны Вайнблат


Rudyard Kipling

If

If you can keep your head when all about you
Are losing theirs and blaming it on you,
If you can trust yourself when all men doubt you,
But make allowance for their doubting too;
If you can wait and not be tired by waiting,
Or being lied about, don’t deal in lies,
Or being hated, don’t give way to hating,
And yet don’t look too good, nor talk too wise:

If you can dream — and not make dreams your master;
If you can think — and not make thoughts your aim;
If you can meet with Triumph and Disaster
And treat those two impostors just the same;
If you can bear to hear the truth you’ve spoken
Twisted by knaves to make a trap for fools,
Or watch the things you gave your life to, broken,
And stoop and build’em up with worn-out tools:

If you can make one heap of all your winnings
And risk it on one turn of pitch-and-toss,
And lose, and start again at your beginnings
And never breathe a word about your loss;
If you can force your heart and nerve and sinew
To serve your turn long after they are gone,
And so hold on when there is nothing in you
Except the Will which says to them: «Hold on!»

If you can talk with crowds and keep your virtue,
Or walk with Kings — nor lose the common touch,
If neither foes nor loving friends can hurt you,
If all men count with you, but none too much;
If you can fill the unforgiving minute
With sixty seconds' worth of distance run,
Yours is the Earth and everything that’s in it,
And — which is more — you’ll be a Man, my son!
Генрих Гейне Лорелей
Неведомо мне, в чем причина
Тоски, охватившей меня.
Сюжетом легенды старинной
Взволнован. Как боль мне унять?
Вечерней прохладой обласкан,
Течет плавно Рейн, и легли
Заката волшебные краски
На гребень прибрежной скалы.
В златых украшениях дива
Сидит над простором речным,
По кудрям златым торопливо
Скользя гребешком золотым.
Девица юна и прелестна,
Прекраснее трудно найти.
Поет она чудную песню,
И властный той песни мотив
Привлек удрученного думой
Гребца, что на малой ладье
Плыл, глядя наверх, и, безумный,
Он вмиг на скалу налетел.
И если поглотит пучина
Гребца вместе с лодкой во мгле, 
То станет несчастья причиной
Протяжная песнь Лорелей.

Перевод с немецкого И.Вайнблат


Heinrich Heine 

   LORELEY

Ich weiss nicht, was soll es bedeuten,
Dass ich so traurig bin;
Ein M;rchen aus alten Zeiten,
Das kommt mir nicht aus dem Sinn.
Die Luft ist k;hl und es dunkelt,
Und ruhig fliesst der Rhein;
Der Gipfel des Berges funkelt
Im Abendsonnenschein.
Die sch;nste Jungfrau sitzet
Dort oben wunderbar,
Ihr goldnes Geschmeide blitzet,
Sie k;mmt ihr goldnes Haar.
Sie k;mmt es mit goldnem Kamme,
Und singt ein Lied dabey;
Das hat eine wundersame,
Gewaltige Melodey.
Den Schiffer, im kleinen Schiffe,
Ergreift es mit wildem Weh;
Er schaut nicht die Felsenriffe,
Er schaut nur hinauf in die H;h'.
Ich glaube, die Wellen verschlingen
Am Ende Schiffer und Kahn;
Und das hat mit ihrem Singen
Die Loreley getan.

 

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.