НОТНЫЙ СТАН ЖИВОЙ ДУШИ

 

Лариса

ЛУКАШЕВСКАЯ

 

 

ОДА БЕТХОВЕНУ

 

Под музыку Бетховена
Поплачем все, как есть -
Минора сбить оскомину,
А заодно и спесь.

 

А после включим Моцарта
Под слабый треск свечи,
И намолчимся досыта…
Как редко мы молчим!

 

Покружимся под Штрауса,
Под Шуберта споём,
От мук души, от хаоса
К гармонии придём.

 

Слеза не портит крови нам,
Но в ней своя страда.
Под музыку Бетховена
Поплачем, господа…

 

 

ВЫСЕКАЯ РАДОСТЬ

 

Дотянись до россыпей жемчужин,
Что блестят в пыли преодолений,
И до мыслей бесконечно чуждых…
И до песен разных поколений…

 

Высекая радость неустанно,
Пусть порой болезненно, и тщетно,
Дотянись душою сквозь туманы
До вопросов главных – не ответов.

 

Дотянись в самом себе сквозь стены –
До любви… и передай всю власть ей.
Чтобы состояться непременно
В лучшей из возможных ипостасей.

 

 

ХРИЗАНТЕМЫ

 

В душу мягко зрелость постучала,
Мой ответ ей был, конечно – да.
Что она – конец, или начало?
Имя ей – награда иль беда?

 

Манит высью листопада шёпот,
Хризантем беспомощная тишь…
За плечами – молодость и опыт
И потеря, что не утаишь…

 

В небе птицы стаей одиночек,
Словно точки тёмные вдали…
А слова мои залягут в строчки,
Вот уже столбцами залегли.

 

Вдалеке мелодия звучала,
И мерцала первая звезда,
В душу мягко зрелость постучала,
Мой ответ ей был, конечно – да.

 

 

НЕВЗНАЧАЙ

 

Не знаю, право, как начать,
Не потакая словоблуду…
В молчанье выйду день встречать,
Вдруг невзначай родится чудо,
И люди устремятся ввысь
В противовес своей природе,
А ты основ своих держись
И не зевай на повороте.
И по земле шагая, сам
В унынье не впадая часом,
Храни открытость к чудесам,
Ведь жизнь воистину прекрасна.
И горизонта полоса…
И ветер, рвущий паруса…
Ничто, никто не повторится…
А чудо, знай себе, творится…

 

 

ДОБРОЕ УТРО

 

Благодарю за небо в облаках,
За тёплый дом и чистую постель,
За все мозоли на моих руках,
За то, что я - душою менестрель.

 

За всё прошедшее благодарю,
Благодарю за то, что есть сейчас,
За то, что я дышу и говорю,
За этот миг, за каждый день и час.

 

За светлый образ, что ношу внутри,
За то, что я, стяжая дух, творю.
За то, что нас из праха сотворил –
За всё, за всё Тебя благодарю.

 

 

ВАЛЬС ВРЕМЕНИ

 

Тихо ветер играет на дудке
И давно уже спит контрабас,
Мчится полупустая маршрутка,
Время есть у неё про запас…

 

Нам в наследство эпоха осталась,
Все мы кровные братья, родня,
Мне оттуда такое досталось –
Это глубже, сильнее меня…

 

Умолкают и дудка, и ветер,
И маршрут норовит в облака,
Где живущим ушедшие светят
Сквозь иные миры, сквозь века…

 

Там, вдали, чей-то зов застывает,
А потом тишина – и ни зги,
Как отметка времён нулевая,
Где не начаты жизни круги.

 

Этот мир – как открытая сцена,
Есть кулисы, галёрка, партер…
Слово, жест, тишина – всё бесценно,
Здесь творили Толстой, и Вольтер…

 

Постановка идёт без антракта,
Остальное свершается в нас.
Этот вальс начинался затактом,
Два-три-раз-два-три-раз-два-три-раз…

 

 

МАЛЕНЬКИЙ ДИАЛОГ

 

– Это что же с тобой,
моя милая, нынче творится?
Чем болеет душа
от корней до кудряшек волос?

 

– Это просто роса
на фиалках моих серебрится,
и упрямый росток
вопреки увяданью пророс.

 

– Ну и что же с того?
Есть у нас потруднее задачи.
Столько всяких забот...
Отчего же в глазах твоих грусть?

 

– Я тебя так люблю…
Тем болею, тревожусь и плачу,
и болезни своей
ничего предпочесть не решусь.

 

 

НАРЯД

 

Вот девочка, лет десяти –
На ней наряд, красивый самый,
Мечтает вырасти, как мама,
И без руки её идти.

 

Душа наивна и открыта,
Есть у неё свои дела,
Но красота её мала –
Восторг взлелеянности сытой.

 

Пусть будет ей узнать дано,
Как шепчут ангелы, не черти,
Ведь жизнь не серия кино,
И счастье – не письмо в конверте,

 

Ведь есть другая красота –
В ней боль, омытая слезами,
И счастье, что творим мы сами.
Ну, а наряд – так, суета.

 

 

ТРИ СЕЗОНА

 

Шепталась осень с ивовою веткой,
когда свой гимн пропев, умчалось лето,
она была в оранжевой беретке
с цветным зонтом, в обновки приодета.

 

Вся при параде, вся при волшебстве,
и ждали мы: вот-вот начнется действо.
И началось – идёшь в цветной листве,
и ею громко шаркаешь, как в детстве.

 

Но осень вдруг дохнула холодком
и, как дитя, заплакала безвинно,
сломала кисть, палитру, и тайком
прочь подалась, роняя слёз рубины…

 

Так волшебство закончится внезапно,
когда всё скроет бледный иней утра,
и мы войдём в таинственное «завтра»,
где чья-то кисть рисует перламутром.

 

И не найти по следу день вчерашний,
щемит тоска по тёплому ночлегу,
и поутру, вдыхая воздух влажный,
ты непременно скажешь: с первым снегом!

 

 

Я ЕЩЁ СПОЮ

 

Не говорите мне, что петь – легко,
Что есть семь нот, тона, полутона,
Что альт – внизу, сопрано – высоко,-
Я с колыбели в это влюблена.

 

И музыканту знать не мудрено
Об интервалах – терциях и квинтах,
Мне это всё на уровне инстинкта,
Наверно, при зачатии дано.

 

Но песню спеть, тем более свою,
Достать её из самой сердцевины,
Не удаётся и наполовину.
Но я упряма… я ещё спою.

 

Не буду лгать и уходить в подполье,
Не буду прошлый опыт ворошить. –
Вот разойдусь, и отпущу на волю
Весь нотный стан своей живой души.

 

И все мои блуждающие ноты
Свои места немедленно займут,
И дай мне Бог, чтобы нашёлся кто-то,
Кто мне подаст за этот скорбный труд.

 

______________________
© Лариса Лукашевская

 

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.