Расплескалась синь прозрачным оловом

Потеплели глаза у зари

Потеплели глаза у зари,
И объята покоем равнина,
Где в росе обреченных травинок
Отразились опять косари.

Где удачу пророчат грачи,
Где безумствует запах акаций
И где бабочки тихо садятся
На упавшие в травы лучи.

Что сказать? Человек я простой:
Мне наградой твой взгляд и отрадой,
Как цветение майского сада,
Как весны разнотравный простор.

Нам взлетать, нам искать, находить,
Мчаться вдаль сквозь раскаты оваций
И во мрак прошлых дней возвращаться,
Чтоб не встретить его впереди.


Порой остановлюсь, глаза закрою

Порой остановлюсь, глаза закрою,
Представлю старый, обветшалый дом.
Стоит под грушей Николай с метлою
И шляпа старомодная на нем.

Хозяин шляпы вовсе не растяпа,
Он, наслаждаясь, курит, не спешит,
И знает хорошо, что дело в шляпе
(Имеет, стало быть, солидный вид).

Конечно, двор мести - не тротуары,
Ведь пыль в глаза пускать здесь ни к чему,
И кажется - всего земного шара
Летит листва осенняя к нему.

Он всю ее метлой перелистает,
Задворки бедные озолотит,
И, тяжело вздохнув, на птичью стаю
С прощальною тоскою поглядит.


Нет, не курлычут журавли — кричат

Нет, не курлычут журавли — кричат,
Угрюмо покидая листопады.
На небе тоже есть своя печаль,
Свои сомнения, своя отрада.

Но, крыльями вонзаясь в тишину,
Сбивая иней с облаков осенних,
Трубит вожак: «Мы принесем весну!»,
На ветках замечая птиц оседлых.

Когда с тобой мы по полю бредем,
Себя среди осенней позолоты
Я чувствую уставшим журавлем,
Что думает печально об отлете.

И, сонную вдыхая полутьму,
Свои стихи послушать предлагаю,
Хотя, наверно, это ни к чему,
Мои стихи всегда с тобою, знаю.

И за собой спалив мосты дотла,
По кромке чувств ступая осторожно,
Ты мне так много света принесла,
Что не увидеть счастье невозможно.


Быть может, ради песен и стихов

Быть может, ради песен и стихов
В саду листва скользит по безголосию.
Плыву не по реке — плыву по осени,
По осени большой, без берегов.

По кронам лип, что выстроились в ряд,
По неподдельно светлой листопадности,
Где, всех прохожих наполняя радостью,
В багряность октября вросла заря.

По полю, где уснули ковыли,
Припав к холмам покатым обессилено,
По золотому, что — на фоне синего,
И по туманным выдохам земли.

В дворах — костры. Беснуется огонь.
В лугах, как островки, стога разбросаны.
А я межсосенно плыву по осени,
По осени большой, без берегов.



Пройти по листопаду, влиться в осень

Пройти по листопаду, влиться в осень
И разгадать ее цветные сны,
Понять, что все возвышенное — просто,
И что простому в мире нет цены.

Пройти полжизни от безверья к вере,
Но так тревожна нынче тишина,
Как будто сквозь нее идет Сальери,
Неся предательский бокал вина.

Пройти сквозь утро к твоему порогу,
Коснувшись краешка зари рукой,
Где журавлям, что собрались в дорогу,
Октябрь прощально прошуршал листвой.

Дышать рассветом, выйдя на покосы,
И вновь среди дремотной тишины
Пройти по листопаду, влиться в осень
И разгадать ее цветные сны.


Вдохнуть октябрь и у зари согреться

Вдохнуть октябрь и у зари согреться.
Душа спокойна и приветлив сад.
Я в листопадной осени, как в детстве,
Когда еще ни в чем не виноват.

Усердно хлещет бесшабашный ветер,
Но мне уютно и тепло сейчас,
Ведь я иду, согретый тихим светом
Неугасимых материнских глаз.

Хотя непросто в эти дни живется,
Уверен, что помогут в час любой
И неба синь, и родники колодцев,
И мамина безбрежная любовь.

Сквозь радости иду, и сквозь тревоги,
Не опасаясь никаких преград,
Пока дорога есть, пока в дороге
Я ощущаю материнский взгляд.



В холодном небе снова кружат птицы

В холодном небе снова кружат птицы,
То вверх они торопятся, то вниз.
Не знают, к счастью, птицы про границы,
Поскольку в птичьем мире нет границ.

Ну, а когда сидят в саду на ветке
То смотрят друг на друга, как друзья.
А мы в границах быта — словно в клетке:
Рвануть бы за границу, да нельзя.

Просторный мир нескладно постигая,
Свои законы утверждая в нем,
Птиц полновластно в клетки запираем,
Чтоб жили так,  как мы всегда живем.

Но открываются порой границы,
В надсадной суете дела вершим,
Хотим высот, как поднебесья — птицы,
И каждый раз спешим, спешим, спешим.

И верим — сможем одолеть бескрылость
Всем передрягам будничным назло.
Не зря, маня к высотам,  опустилось
Мне в руки журавлиное перо.


Расплескалась синь прозрачным оловом

Расплескалась синь прозрачным оловом,
Как последний сон, туман течет,
И подсолнух золотую голову
Положил рассвету на плечо.

И не зря исчезли все ухабинки,
Где прошла ты в дымке голубой.
Пусть тебя я не люблю ни капельки,
Но робею все ж перед тобой.

И сегодня мне намного радостней
Ощущать тепло твоей руки,
И над лугом утренняя радуга
Выросла из берега реки.




Тронул облака осенний сон

Тронул облака осенний сон,
Затихают шорохи лощин.
Словно материнское лицо,
Светлый лист тускнеет от морщин.

От его спокойного тепла
Всем уютно в роще, как в избе.
Мама, мама, ты всегда была
Золотым листком в моей судьбе.

В речке неба расплескав тоску,
Лодка солнца уплывает прочь.
Больно мне, что не могу помочь
Я ничем осеннему листку.



Цветы и поле, поле и цветы...

                        ".. .Легче там, где поле и цветы"
                                      Николай Рубцов
Цветы и поле, поле и цветы.
Река. И вздох проснувшейся планеты.
И никого вокруг. Лишь я и ты,
И тишина на сотни километров.

Вот так бы и ходить среди полей,
Не чувствуя былой обидной боли,
Влюбляясь каждый раз еще сильней
В зарю и это небо голубое.

Прерывисто дыша, спешит вода
За горизонт, куда скатился Млечный.
И дремлет одинокая скирда,
Рассветной дымкой прикрывая плечи.

Спасибо, мир, за поле и цветы,
С которыми душа моя навеки,
Непогрешимо оживляешь ты
Все то, что человечно в человеке.

Здесь неизменно умирает ложь,
А ковыли к ногам бегут, встречая.
Светлеет день. Он тем уже хорош,
Что в глубь полей запрятал все печали.

Я тихо стану на краю мечты,
Поймаю на лету случайный ветер...
Среди рассвета — только я и ты,
И тишина на сотни километров.

                                
Вот опять по-осеннемухмурится день постаревший

Вот опять по-осеннему
                                     хмурится день постаревший,
На аллеях пустых —
                                    октября листопадная власть.
Я тревожно в палату вхожу,
                                    где болезнь тебя держит
И не хочет, чтоб ты поднялась.

Тонкий лучик дрожит
                                    на прозрачной ладони заката,
Словно линия жизни      
                                      и в завтра ведущая нить.
Кто-то мудрый сказал,
                                что давно стал безмерно богатым,
Потому, что не смог разлюбить.

Ну, а я… ну, а мы
                                 не всегда осознать успевали,
Обживая вдвоем
                                так по-доброму сблизивший дом, —
Чтоб не холодно было сердцам,
                                    нужно, в общем-то, мало —
Двум свечам стать единым огнем.

Я принес тебе небо,
                                   оно, облака выдыхая,
Осветило палату лучами
                                            и сумрак исчез.
Я сегодня тебя воскрешу
                                            к новой жизни стихами
И туманистой синью небес.

Жаль торопит судьба,
                                       ускоряя свои повороты.
Но что было, то было.
                                       Судьбу не браню, не хулю.
Относительно чувств
                                       я не знаю законов природы,
Может быть потому и люблю.

И роняю слова
                               непродуманно и бестолково,
А когда возвратишься домой,
                                               ничего не скажу.
Убегу на луга,
                             небеса принесу тебе снова
И к ногам их твоим положу.


Сад еще держится веткой за лето

Сад еще держится веткой за лето,
Но все прохладней осенняя синь.
Яблоко,словно большая планета,
Над головою моею висит.

Тихо раздвину листвы занавески,
Млечного ветку на небе найду.
Сколько загадочных тропок вселенских
В этом огромном планетном саду?

Мир наш в единое целое связан,
Мы — только ниточки в общей судьбе.
Звезды ли, яблоки падают наземь —
Как-то становится не по себе.

Вот и примчавшийся ветер, наглея,
Звезды срывает с небес на бегу.
Я-то ладони подставить успею,
Но удержать этих звезд не смогу.

Комментарии 2

Редактор от 13 ноября 2015 19:34
"Вот опять по-осеннему
                                     хмурится день постаревший,
На аллеях пустых —
                                    октября листопадная власть."
 Бесчисленное множество ярких, метких и неповторимых образов, потрясающих воображение не может оставить равнодушным читателя. Читая, осознаёшь со всей очевидностью - это поэт, достойный поклонения, практически, я считаю, - поэт-классик.
Алевтина Евсюкова 
Редактор от 14 ноября 2015 12:45
Спасибо, Алевтина, хотя насчет классика повременим...
 
Сергей Кривонос
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.